Эркюль Пуаро

– У вас были близкие отношения с ее отцом?

– Именно так. С Мелишем Риджвеем мы были в самых близких отношениях.

– Настолько близких, что по завещанию он приставил вас к делам своей дочери и назначил опекуном весьма обширного состояния.

– В общих чертах – да. – Он снова насторожился. Стал сдержаннее в словах. – Я был не единственным опекуном, естественно. Были и другие.

– Кто-нибудь из них уже умер?

– Двое. Третий, мистер Стерндейл Рокфорд, здравствует.

– Это ваш компаньон?

– Да.

– Как я понимаю, к моменту замужества мадемуазель Риджвей не достигла совершеннолетия.

– В июле следующего года ей бы исполнился двадцать один год.

– И в этом случае она естественным образом вступила бы во владение наследством?

– Да.

– А женитьба поторопила эти обстоятельства – да?

У Пеннингтона напрягся рот. Он воинственно вскинул подбородок.

– Извините, джентльмены, но какое дело вам до всего этого?

– Если вам не хочется отвечать на вопрос...

– Да пожалуйста, я не возражаю – спрашивайте. Только я не вижу смысла во всем этом.

– Ну как же, мосье Пеннингтон... – Пуаро наклонился вперед и сверкнул своими зелеными кошачьими глазами. – Встает вопрос о мотивах убийства. В этом случае всегда принимаются в расчет финансовые аспекты.

Пеннингтон нехотя сказал:

– По завещанию Риджвея Линнет получала право распоряжаться своим капиталом по достижении двадцати одного года или выйдя замуж.

– Без каких-либо оговорок?

– Без оговорок.

– А речь идет, меня заверяют, о миллионах?

– Да, о миллионах.

– Большая ответственность лежала на вас и вашем компаньоне, мистер Пеннингтон, – сказал негромко Пуаро."

"– Нам не привыкать к ответственности, – огрызнулся тот. – Она нас не страшит.

– Интересно.

Что-то в тоне Пуаро задело собеседника.

– Что, к черту, вы имеете в виду? – вскинулся он.

С подкупающей прямотой Пуаро ответил:

– Интересно знать, мистер Пеннингтон: неожиданное замужество Линнет Риджвей – оно не внесло... м-м... переполоха в ваши дела?

– Переполоха?

– Я именно так сказал.

– Чего вы добиваетесь, черт возьми?

– Узнать одну простую вещь. Находятся ли дела Линнет Дойл в том превосходном порядке, в котором им надлежит быть.

Пеннингтон встал.

– Довольно. Мне надоело. – Он направился к двери.

– Но вы все-таки ответите на мой вопрос?

– Ее дела находятся в превосходном порядке, – выпалил Пеннингтон.

– То есть замужество Линнет Риджвей не встревожило вас до такой степени, чтобы кинуться в Европу на первом же пароходе и потом инсценировать неожиданную встречу в Египте?

Пеннингтон вернулся к столу. Он снова взял себя в руки.

– Вы говорите совершенный вздор. До встречи в Каире я даже не знал, что Линнет вышла замуж. Я был безмерно удивлен. Должно быть, я на день разминулся с ее письмом.