Перо бумажной птицы

 – Бумажные даже лучше!

Они расположились на диване, рассматривая снимки.

– А это кто? – Даша ткнула в девочку рядом с Олей.

Челка, густо подведенные глаза, презрительно скривленные губы.

– Наташа, лучшая Олина подруга. Это я фотографировала, а она меня терпеть не могла.

– За что?

– Я отбила у нее парня, – призналась Ника.

– Ого! Расскажи!

– А нечего рассказывать. Честно говоря, до сих пор стыдно. Парень был смазливый, но глупенький. Он мне быстро надоел, и на этом все закончилось. Оля и так меня недолюбливала, а посмотрев на страдания подруги, решила, что ее сестра – законченная сволочь. У нас как раз в то время окончательно испортились отношения. Я пыталась с ней говорить… Нет, бесполезно. Когда у человека свои голоса в голове, снаружи к нему пробиться трудно.

– Ты с ней до сих пор разговариваешь? – по-взрослому спросила Даша.

Ника задумалась.

– Больше нет… Когда-то говорила, но потом поняла, что беседую не с ней, а с ее образом, и этот образ с каждым годом все дальше и дальше от того человека, которым она была на самом деле. Знаешь, как ретушь в фотографии. Я ее ретушировала, сама того не замечая.

– Как фильтры в Инсте, – кивнула девушка. – Я знаю. Я так маму свою долго видела. Не ее, а какую-то картинку, фантазию. С живыми людьми это тоже плохо работает. Жалко, что твоя сестра погибла.

– А мне жаль, что так получилось с твоей мамой.

Даша усмехнулась:

– Да ладно, могло быть и хуже! Зато у меня есть Пашка. Он дурачок, но прикольный! Я его зову Гагарин.

– Почему?

– Из-за улыбки. Если ты увидишь, как он улыбается, – сразу поймешь! У него, кстати, нюх на людей. Он чувствует, от кого нужно держаться подальше, а кому можно доверять. У меня такого нету. Я тупенькая.

– Зато у тебя, говорят, есть дар везения. Или это больная тема? – спохватилась Ника.

Сама она ни в какой дар, разумеется, не верила. Удачное стечение обстоятельств, помноженное на страстную веру людей в обереги.

Девушка пожала плечами:

– Вроде бы есть. Пашка в меня сильно верит. А мне иногда кажется, что просто жизнь так складывается, в мою пользу.

– Странно, что Егор тоже на это купился, – вслух подумала Ника. – Раньше я не замечала в нем магического сознания. Может, это из-за колонии… Вышел другим человеком.

Даша помялась.

– Слушай, а ты правда его посадила? Ничего, что я спрашиваю?"

"Ника посмотрела на нее внимательнее и вдруг догадалась, как хочется девушке поговорить о Егоре. Она жила с ним в одной квартире несколько месяцев. Делала то, что он хотел. Готовилась исполнить роль, которую ей определили. Училась. Затем испугалась его, удрала, ускользнула от смерти, прошедшей в шаге от нее, и теперь снова прячется – у его бывшей жены, не у кого-нибудь другого. Они сидят вдвоем, доедают пиццу, но Егор незримо присутствует рядом.