Гордая птичка Воробышек

Дашь посмотреть? Хочешь, мы подарим ему настоящие крылья?

Этот странный бродяга-чудак появился в школе еще вчера. Невысокий худощавый человек с проницательным взглядом черных глаз, в пыльной дорожной одежде и заплечной сумкой, набитой тряпичными куклами. Не знаю, почему учитель Цзяо и сторож Хун не прогнали его. Может, из-за того, что его босая ступня кровила? А, может, из-за располагающей улыбки на обыкновенном лице или ловких рук, на потеху ученикам складывающих из примятых листов дешевой бумаги причудливые фигурки зверей?

Мы все вышли посмотреть на импровизированный спектакль, разыгранный бродягой в лицах прямо у порога нашей фанзы, хотя учителю это и не понравилось, но он промолчал и наказал лишь того, кто стащил у бродяги ""золотого"" дракона, и я до сих пор не могу понять: почему?

Кукол было много. Размером с кулак, с ладонь, даже с локоть - красный двухголовый змей, - но я сразу отметил ее - желтую фигурку с крыльями и гребнем, расшитыми золотой нитью, красиво порхающую в пальцах незнакомца. На пути добра одолевшую злодеев и возвысившуюся над всеми.

- Больно? - интересуется человек, и я привычно стараюсь не выдать себя взглядом. Вскакиваю на ноги, вскидываю к подбородку кулак, когда он пытается прикоснуться к моей спине.

- Нет.

- А если правду?

- Не твое дело!

- Я тебе друг, малыш, другу можно доверить все, даже боль. Смотри! - он встает и подбрасывает далеко вверх бумажного дракона, и тот солнечной вспышкой исчезает в летней листве деревьев.

- Теперь у него есть под крыльями ветер, и когда-нибудь он обязательно вернется.

- Как твой дракон вернулся к тебе?

- Да. А сейчас он унес твою боль. Чувствуешь?

- Не знаю.

- Значит, болит?

- А ты хитрый, - я невольно улыбаюсь, глядя в смешливые глаза. - Нет, больше нет.

- Вот и хорошо, Люк.

- Откуда ты знаешь, как меня зовут?

Человек пожимает плечом и ложится в траву. Забрасывает руки за голову, открывая штопанные заплаты-ластовицы в подмышках поношенного халата.

- Это легко узнать, если очень хочешь, - говорит так, словно ""отгадать имя"" - самое плевое дело на свете.

- Что, и я так смогу?

- Конечно. Дай руку! - Мне приходится опуститься на колени и замереть над его лицом, пока черные как ночь глаза серьезно вглядываются в меня.

Где-то далеко играет свирель - нежно, будто поет молоденькая девушка, но вдруг затихает под раскатистое ворчание грома...

- Д-донг? - неуверенно выдыхаю я, не понимая, как это знание слетело с языка, а китаец уже довольно смеется.

- Донг! Ну, вот видишь, малыш, угадал! Будем знакомы..."".

Сейчас мне кажется, что назови я его тогда Менгьяо или Ли, я бы точно так же не ошибся, а тогда... тогда я был впечатлен, поверил и почти не удивился, когда Донг поселился в фанзе для слуг и стал часто навещать меня.

""...Что у тебя с лицом, малыш?

- Не скажу.

- Упрямец.