Сыч – птица ночная

 — Да? Или из трех?

— А вот этого мы не знаем, — вмешался русый. — Боевики свои трупы криминалистам не спешат везти — сам знаешь. Нам известен факт: восемь трупов в наличии. И коридорная группировка экстренно эвакуирует свою перевалочную базу. И все это — ты один?

— Ну я же вам все рассказал, — пробормотал я — никак не мог понять, чего эти тупоголовые дядьки хотят от меня добиться. — Ну чего вам еще надо? Один я все это сделал, один! Я их год не видел — Лося, Джо и Мента! Может, их уже и в живых нету! Ну, один я все…

— Терминатор, — повторился Женя. — Жан-Клод. Классный пацан!

— Может — ну его в задницу? — колюче прищурился русый. — Чего мы тут перед ним бисер мечем? Давай Дергача сюда, да прогоним его в режиме «Б». А, Женя?"

"— Да как хотите, — флегматично пожал плечами Женя-я заметил, что он довольно часто пожимает плечами, как бы удивляясь, отчего это люди бывают такие тупые и упертые. — Как хотите — можно и Дергача. Только хочу напомнить… Во-первых, ему сейчас ваш режим «Б» до одного места — сами знаете. Можете хоть на кусочки разрезать, ничего путного из этого не выйдет. Нужно кровь промывать, а это займет несколько часов. А потом ему после этого нужно будет восстановиться, хоть немного почувствовать вкус к жизни. Еще несколько часов, как бы не весь день. Во-вторых, завтра нужно везти. А они как требовали? Чтобы выглядел прилично. Будет он прилично выглядеть после вашего режима «Б»? Очень сильно сомневаюсь. Ну и в-третьих: я же сказал, «наружка» ваша проворонила того спеца. Кодирование имеет место — сто процентов. Он теперь, даже если бы и хотел, вряд ли что скажет.

— Значит, полная безнадега? — с невыразимой горечью произнес брюнет. — Совсем-совсем?

— Я предупреждал, — безжалостно напомнил Женя. — Мы ничего не сможем сделать. Ну, если хотите, я до исхода суток повожусь с ним, пообщаюсь. Может, какой проблеск…

— Черт, как глупо! — печально пробубнил русый, стукая кулаком по раскрытой ладони и вставая со стула. — Как по-уродски все… Ладно, мы пойдем. Женя, если будет этот самый твой проблеск — я тебе отдаю свои двадцать процентов. Ты меня понял? Слово даю!

— Да хоть пятьдесят, — флегматично заметил Женя, выпроваживая кабинетных и возвращаясь ко мне. — Все равно — никакого толку. Правильно я говорю, солдат?

— Спасибо тебе. Женя, — искренне поблагодарил я. — С меня причитается.

— За что?! — также искренне удивился Женя. — За что причитается?

— Ну, не знаю, что это за режим «Б»… Но кажется мне, что они хотели со мной что-то нехорошее сотворить. А ты их отговорил. Весьма признателен.

— А, вон ты о чем, — Женя в очередной раз пожал плечами. — Так я это не из любви к ближнему. Просто смысла нет. Понимаешь? А завтра тебя везти.