Прыжок ягуара

– Коля говорит, что его загрыз зверь… он признался мне, что убил ту девушку… Камиллу… Я не хочу ничего скрывать от вас! Брат мертв… его уже нельзя посадить. Что бы я ни сказала, ему это не повредит.

– Зорин сообщил вам, что убил Камиллу?

– Да. Похоже, ему заплатили большие деньги, чтобы он сделал это. Брат приходит в виде призрака… хочет предостеречь меня…

– Предостеречь? От чего?

Она наклонилась к Лаврову и прошептала:

– От зверя… Он убил Колю и теперь… охотится за мной!

– Я чувствую… – женщина замерла и подняла вверх указательный палец. – Прислушайтесь… зверь где-то рядом. Он прячется в темноте и ждет…

Лаврову стало зябко, по коже побежали мурашки. Глаза у Вики лихорадочно блестели, губы судорожно кривились. Она больна!

– У вас температура. Вам надо выпить лекарство и лечь.

– Думаете, я не в себе? Ну… отчасти вы правы… У вас есть сигареты? Мои закончились. Я бросила, но после смерти брата опять курю…

– Где-то в машине должна быть пачка. Сходить?

– Нет! Нет… обойдусь…

– Хотите, я осмотрю квартиру? – предложил Роман, чтобы как-то успокоить хозяйку. – Бьюсь об заклад, никакого зверя тут нет.

– Вы не понимаете… не понимаете… Тсс-сс!.. Тихо!.. Слышите, кто-то скребется в дверь?..

Сыщик затаил дыхание, пытаясь уловить посторонние звуки. Тикали часы, глухо переговаривались соседи за стеной. Он поднялся, вышел в прихожую и решительно распахнул дверь. Лестничная площадка была пуста.

– Никого! – крикнул он в сторону комнаты. – Идите сюда, Вика! Сами убедитесь!

Он подождал немного и вернулся в гостиную. Актриса сидела и нервно теребила в пальцах бахрому шали.

– Вы его не увидите… – прошептала она. – Зверь – такой же призрак, как и мой брат…

– Тогда вам нечего бояться. Призраки не кусаются.

– Неужели Коля – убийца?.. Он в самом деле… убил ту девушку? Что вы молчите? Убил или нет?!

– Раз он вам так сказал, значит…

– Если бы я знала, что он собирается сделать… то костьми бы легла, а не позволила брату взять грех на душу! Это все из-за Ирки! Она виновата в его смерти…

Вика разрыдалась. Ничего нельзя было исправить, вернуть назад. Жизнь – не театр, где любую сцену можно переиграть заново.

– Выходит, я… соучастница убийства?

– Вас использовали. Как, впрочем, и меня. Мы оба пошли на поводу у вашего брата. Поздно жалеть о том, что произошло.

– А зверь?.. Откуда он взялся?.. Из… ада? Чтобы… наказать грешников?..

– Я не силен в религиозных догматах, – усмехнулся Лавров.

– Вам ничего не чудится?..

– Нет, – сказал он, хотя вовсе не был уверен в своих словах.

– Вы везунчик… вам удалось выйти сухим из воды…

– Я не причинил Камилле вреда. За что меня наказывать?

Сыщик невольно перешел на ее язык, как взрослый переходит на язык ребенка, чтобы тот его понял.