По прозвищу Святой. Книга первая

Нечипоренко вместе с заместителем и комиссаром Сердюком, представив Максима бойцам, ушли по другим делам. Шестеро партизан, среди которых были уже знакомые ему водители Пётр и Василий, а также молодой партизан Стёпка, сидели за столом под навесом в импровизированной столовой, и ждали, что будет дальше. Один из них — Шило — откровенно ухмылялся, демонстрируя железную фиксу.

— Валерий, кажется? — спросил Максим.

— Валерий, Валерий.

— Меня зовут Николай. Фамилия — Свят. Прошу обращаться ко мне по имени или по званию — товарищ младший лейтенант. А так же на «вы». Мы с вами на брудершафт не пили и спину друг другу в бою не прикрывали. Это ясно?

— Просишь?

— Пока — да.

— Пока — это как?

— До вашего, Валерий, полного согласия на вышеуказанные условия. Кроме этого, вы должны признать во мне своего командира на предстоящую операцию, а значит беспрекословно подчиняться моим приказам и говорить только в том случае, если вам разрешат.

— А то что? — Шило продолжал нагло ухмыляться.

— В случае неподчинения я отстраню вас от участия в завтрашней операции. Сидите здесь, с женщинами, стариками и детьми. Помогайте Людмиле обед готовить. Тоже дело нужное.

Партизаны обидно рассмеялись.

Максим встретился с Шилом глазами.

Секунда, вторая, третья.

Шило отвёл взгляд.

— Ладно, согласен, — пробормотал он. — Ты командир.

— Вы, — сказал Масим.

— Что?

— Обращение на «вы», повторите.

— Хорошо… вы командир.

— Правильное решение, — сказал Максим и оглядел присутствующих. — Это ко всем относится, товарищи бойцы. Валерий правильно заметил, мы не в армии. Но партизанский отряд тоже боевое подразделение. И задачи у него такие же, как у любого боевого подразделения нашей Рабоче- крестьянской Красной армии. А именно: нанести врагу наибольший урон при минимальных потерях с нашей стороны. А для этого нужно — что?

— Боевой дух? — предположил Стёпка.

— Нужная вещь, но не первостатейная, — сказал Максим.

— Дисциплина нужна, — сказал шофёр Петро. — Железная. В бою особенно. Батька Махно Нестор Иванович это понимал, как никто. Потому и бил, кого хотел.

— Правильно, Петро, — кивнул Максим. — Самое главное — дисциплина. Поэтому, кто не готов мне беспрекословно подчиняться, лучше сейчас скажите, пока на берегу. Завтра будет поздно заднюю давать.

Бойцы промолчали. Кто-то бросил короткий взгляд на Шило, но в основном все смотрели на Максима.

— Вот и хорошо, — сказал он. — Не сомневался в вас. Продолжим.

Паровозный дым они заметили издалека.

Вскоре показался и сам паровоз. Железнодорожный путь здесь шёл прямо на протяжении нескольких километров, и высокая толстая сосна, упавшая на рельсы перед самым мостом, была заметна издалека.

Сосну уронили ещё с вечера. Она и так вот-вот готова была рухнуть, подмытая водами Ветки.