Против ветра, мимо облаков

— Майор, тебе что, и правда наплевать на то, что наши сотрудники совершили преступление?

— А это оттого, Андрей Михалыч, что Одинцов — родной племяш майора. — Виктор Васильев криво ухмыльнулся, глядя на побледневшего Лубенца. — Вот он сразу дяде и позвонил, когда протрезвел и вкурил, что дело плохо. Время потеряли, а теперь выживет девчонка или нет — уже большой вопрос, только что звонил в больницу, правую почку ей, скорее всего, придется удалить совсем, сейчас решают, справится ли вторая. И по почкам били ее не отморозки из толпы, а здесь, в этом кабинете.

Бережной сжал кулаки.

Это было то, с чем он боролся беспощадно — пытки в полиции. С тех пор как он занял должность начальника городского управления, таких случаев стало намного меньше, и за каждый выявленный и доказанный факт применения физического воздействия к задержанным и подозреваемым Бережной безжалостно увольнял виновных и отдавал под суд. Но чтоб сотрудники, избив задержанного, собрали толпу, дабы та довершила дело и скрыла их преступление — такого генерал не помнил.

— Мне просто интересно, чем вы думали? — Реутов смотрел на двоих, только что сдавших документы и оружие оперов, и ему хотелось сделать с ними то же, что они сделали с Викторией. — Нет, я не спрашиваю, как у вас поднялась рука бить женщину, — тут как раз все ясно, гендерных предрассудков вы лишены напрочь. Но собрать толпу и отдать девушку на растерзание! И смотреть на это, снимать на телефоны! Не просто отвесить лещей — и то запрещено, но тут кровь на полу! Значит, били по голове, по лицу, и ведь знали, что улик у вас нет, кроме статьи в компьютере убитого. А когда она сидела здесь, подписывала отказ от претензий, вы уже собрали толпу и разогрели ее фразами о справедливом возмездии! И смотрели! Список телесных повреждений, как у жертвы столкновения с поездом. Переломы ребер, ушибы почек, закрытая черепно-мозговая травма… Вы что, совсем сдурели?

— Выпивши были… Да она целая была, это ее уже на улице отходили. А не докажете, что мы нанесли ей телесные повреждения!

— Зато докажу, что вы организовали покушение. — Реутов сжал кулаки. — Уже доказал, собственно.

Бережной поднялся и кивнул Лубенцу:

— Сегодня на стол заявление об отставке, остальное решит суд. Денис Петрович, проследи, чтоб эти двое хорошо устроились в камере, а я поговорю с прокурором, чтоб никаких подписок о невыезде. Но прежде мне нужно объясняться с прессой и, в частности, с Назаровым, а вы молитесь, кретины, чтобы потерпевшая выжила.

Бережной вышел из кабинета, оставив бывших сотрудников на Реутова и Васильева, а эти двое полностью разделяли мнение генерала насчет недопустимости физического воздействия на задержанных, так что ждать сочувствия или помощи двоим преступникам не приходится.