Против ветра, мимо облаков

 — Вика думает о предстоящих хозяйственных хлопотах как о чем-то обычном. — И надо бы кур завести, что ли».

Вика не смотрит на Павла, его взгляд смущает ее.

— Я знаю, о чем ты думаешь, Лунная Девочка.

Он отчего-то так ее называет, и прозвище вроде бы не обидное, но у него звучит с оттенком насмешки. А Вика умеет услышать насмешку, она все умеет слышать.

— Знаю. — Павел ухмыльнулся. — Ты думаешь о том, что у тебя немытая голова и ногти в заусеницах. И о том, что вот хорошо бы уйти отсюда, хлопнув дверью. И чтоб тебя все оставили в покое. А еще ты думаешь о своих цветах, причем думаешь гораздо больше, чем о своем плачевном положении. И когда ты отсюда выйдешь, я подарю тебе кота.

— Такая утонченная натура, как ты, должна любить котов. — Павел подмигнул. — Кот тебя удержит на планете куда лучше, чем цветы. Ну что, угадал?

— Это неспортивно. — Павел добродушно улыбнулся. — Угадал ведь.

— Ну что ж, что не все. — Павел рассматривает Вику, словно впервые видит. — У меня есть к тебе очень личный вопрос. Вернее, у меня целый ворох личных вопросов, но этот самый животрепещущий. Скажи на милость, как ты могла связаться с Осмеловским? Ведь ничтожный мужик, только и радости, что смазливая морда, но внутри он пустой, как кувшин в Помпеях. Как вышло, что вы с ним оказались любовниками? Это после Назарова-то!

— Назаров тоже монахом не жил, женился на этой тощей наркоманке. — Вика сердито прищурилась. — Так я что, должна была до старости по нему слезы лить, завернувшись во власяницу? Только и работы мне было — рассматривать его фотки то с брачной церемонии, то с медового месяца, то еще откуда-то!

— Огрызается еще! — Павел рассмеялся. — Полуживая валяется — и огрызается! Ну-ну… Но все-таки — почему Осмеловский?

— А почему нет? — Вика презрительно поморщилась. — Один из ведущих актеров, красавец, весьма неглуп в своем роде, и актер хоть и не гениальный, но трудолюбивый и способный.

— А самое главное, им очень просто было манипулировать, — добавил Павел. — Ты использовала его, не столько для того, чтоб утереть нос Назарову, сколько для того, чтобы позлить свою младшую сестру, а может, и не только ее. Ну и смотрелись вы вместе отлично, я признаю. Но зачем нужно было переоформлять на него собственность? Оформила бы на Алену.

— Алена не хотела, ей и деревенского дома за глаза хватило. Они тогда только начали бизнес, взяли кредит, Алена боялась, что если дело вдруг не пойдет, банк оттягает квартиру за ее долги, а она себе этого никогда бы не смогла простить. И даже дом — это только мы говорим, что он был на Алену переоформлен, а на самом деле на ее мать, тетю Лиду. Просто чужим этого знать не надо было. — Вика вздохнула. — Я же, когда поняла, куда оно все клонится, не хотела оставлять ничего, что могли бы отсудить мои родители.