Против ветра, мимо облаков

 — Но чем ему помешала Виктория, к которой он относился всегда очень тепло и даже по-родственному? Если он поспособствовал ее осуждению, влиял на следствие, а Вика до сих пор не хочет нового расследования, это означает одно: она знает, кто убил ее сестру, и знает, что за ее приговором стоит Ладыжников. И она его боится.

— Но вряд ли она боится за себя. — Реутов нахмурился. — Но за кого? Чем таким пригрозил ей Ладыжников? И вместо кого Виктория получила срок?

— Нам это обязательно нужно выяснить, Денис Петрович. — Бережной устало потер переносицу. — Я хочу, чтоб вы работали вместе с Олешко… Я знаю, что он тебе не нравится, но я навел о нем справки, и все в один голос твердят, что человек он надежный и в высшей степени полезный для следствия.

— Могу себе представить…

— То-то, что не можешь. — Бережной вздохнул. — А главное, что мы не можем привлечь к этому делу много людей — все та же проблема с доверием. И если к делу каким-то образом причастен Ладыжников, то он не из тех, кто будет стоять и смотреть, как мы разваливаем то, что он строил.

— И сотворить при этом он может что угодно, и мы ничего не докажем. — Реутов заметно сердился. — Посадить этого мерзавца никак. Все, что мы о нем знаем, — на уровне слухов. И он в любом случае сам ничего не сделает, даже если возьмем исполнителя, тот будет молчать, и у него тут же появится ушлый дорогой адвокат. Нет, если мы хотим раскрутить это дело, нужно действовать тихо, в режиме строгой секретности.

— А потому я тебе говорю: работайте с Олешко. Он на секретности упряжку собак съел. — Бережной закрыл папку с отчетами и включил чайник. — Что-то еще удалось выяснить?

— Виктор ищет бывшую костюмершу театра, в котором работает Осмеловский. Она уволилась примерно тогда же, когда состоялся суд над Викторией, и с тех пор о ней ни слуху ни духу. Но люди просто так не исчезают. Если она ударилась в бега, нужно найти ее и узнать, в честь чего это она так резко изменила свою жизнь.

— Тоже верно. — Бережной налил себе чаю. — Ты чай-то будешь? Нет? Ну, как знаешь. Так вот о чем я толкую: нужно поговорить с Осмеловским. Нужно выяснить, что это за скверная история с имуществом Виктории и что его связывает с Багдасаровым.

— А что говорит Скользнева?

— Пока рано с ней беседовать, как и с судьей. — Бережной удрученно покачал головой. — Если мы хотим сохранить в тайне наше расследование, нужно соблюдать осторожность. Я выясню о Скользневой что смогу. Уже дал задание человеку, он ее жизнь на атомы разберет, и вот тогда у меня будет с чем идти беседовать, а пока она от всего отопрется. А если в деле замешан Ладыжников, то я боюсь, он нам всю малину испортит. Следователь по делу, конечно, мною допрошен, но у меня стойкое ощущение, что он дурак.