Тетушка против

 — Оставьте уже меня все в покое.

Пруденс печально взглянула на него и отступила назад, сдаваясь. Жанна тоже ушла, и наконец-то в комнате воцарилась благословенная тишина.

Хрипло рассмеявшись, Рауль вернулся на свое место у стола, мимолетно огорчившись тому, что закат уже закончился.

Значит, ко всему прочему теперь жди беды еще и от гильдии.

Он уедет в столицу и соблазнит там еще с десяток монахинь. Или нет, найдет себе богатую покровительницу. Или нет, растворится в игорных домах, спуская последние жилеты. Или…

Или останется на своем месте, приступит к службе у Лафона и продолжит добиваться Пруденс, снова и снова доказывая ей, что она была неправа. Да, так он и поступит. Она еще пожалеет и однажды сама придет к нему!

Тут тяжестью могильной плиты его снова накрыли сомнения: Жанна подтвердила все самые страшные опасения. Он слишком Флери, чтобы быть достойным такой женщины, как Пруденс.

Заглянула Соланж, чтобы оставить ему тарелку с ужином, увидела лицо Рауля и молча вышла, не решившись заговорить.

Он вспомнил: последнее, что он ел, — это та лепешка с маслинами, которую всучила ему Пруденс. Вместо обеда он метался по замку, ужасаясь самой мысли о ее возможном отъезде.

Какая пропасть отделяла того, утреннего Рауля, влюбленного и полного надежд, от Рауля ночного — разбитого и оцепенелого.

Яркая луна поднялась над миром и заглянула в окно. Он прикрыл глаза, потому что даже такой скудный источник света слепил его.

И нисколько не удивился, услышав тихий шелест юбок и нежный голос:

— Да, мой мальчик, любовь убивает.

— До вас ли сейчас, бабушка, — не поднимая век, проворчал он.

— Я была совсем девочкой, когда король отдал меня в жены незнакомому мужчине, много старше меня. Кристоф пугал меня: шумный, грубый, огромный. Восемь лет я каждую ночь молилась, чтобы он не вернулся из похода.

Рауль посмотрел на нее с жалостью. Кристин неслышно расхаживала по комнате, благородная красивая дама в старинном домашнем платье. Луна ярко подсвечивала витую серебряную канитель на ее манжетах и подоле.

— Но он вернулся."

"— Вернулся, — согласилась Кристин. — Осыпал меня драгоценностями и сразу же взялся за строительство замка. Со временем я начала находить привлекательными его свирепость и силу — казалось, такой мужчина никому не даст меня в обиду. Мне понравилась его жестокость, ведь она всегда была направлена на других. Со мной-то он был добр, пока не пронзил мечом.

— Мне жаль, — искренне сказал Рауль. — И простите за это утро. Обычно я так себя с дамами не веду.

Она остановилась, глядя на него бездонными темными глазами, откуда просачивалась сама вечность.

— Если подумать, — проговорила насмешливо, — то я даже сделаю тебе одолжение, убив.