Против течения

Он открыл дверь рядом с камином, Энн прошла за ним и увидела другую комнату, поменьше своей, но тем не менее слишком большую по ее представлениям.

— Ты будешь спать здесь? — спросила она.

— Позови меня, если испугаешься.

— Но это так далеко! Я не уверена, что ты услышишь.

— Я буду слушать очень внимательно. — Он говорил легко, но, несмотря на это, кровь прилила к щекам Энн, и она опустила глаза.

— Я пошутил, — поспешно сказал он.

Она отвернулась и пошла к туалетному столику в Королевской спальне.

«Почему я так безнадежна? — спрашивала она себя. — Почему я не могу вести себя нормально и естественно, как Майра. Она бы воспринимала ситуацию как само собой разумеющуюся».

И, даже думая так, Энн знала, что это неправда, поскольку, будь Майра на ее месте, этой ситуации не было бы. Майра любила бы Джона, она любила бы его как мужа — как мужчину, заботам которого она вручила бы себя.

Настоящее положение вещей было, в сущности, смешным. Интересно, была бы удивлена леди Мелтон, если бы узнала, что ее сын заключил такую сделку? И почему, о почему он вообще захотел жениться на ней? Она пристально разглядывала свое отражение в зеркале. Когда-то она считала себя хорошенькой, но теперь этот громадный дом с его богато украшенным волшебным содержимым превратил ее в карлика, давил ее.

Она вспомнила о Вивьен Линтон, и контраст между ними показался ей почти смешным.

Джон закрыл дверь, ведущую в его комнату. Энн огляделась и увидела у кровати телефон. Она подняла трубку, ей почти сразу ответила станция. Она назвала номер телефона в лондонском особняке Джона, который записала на клочке бумаги, чтобы иметь возможность связаться с Майрой. Она ждала, чувствуя, что ей необходимо услышать голос родного человека. Она заблудилась, стала чужестранцем в чужой стране и хотела прикоснуться хотя бы на несколько мгновений к тому, кого любит и кто любит ее.

На звонок ответили, и она попросила позвать Майру. После долгого, как ей показалось, ожидания она услышала голос сестры.

— О, Майра! Привет. Это Энн!

— Энн, моя самая дорогая, у нас был такой чудесный день! Как ты думаешь, что мы видели?.. — В следующие две минуты Майра одним духом выпалила новости. Казалось, язык завяжется узлом от волнения, с которым она описывала удовольствия и радости, пережитые ею. Наконец она остановилась, чтобы перевести дыхание, и Энн получила возможность сказать:

— Я рада, дорогая, что вы так хорошо развлекались.

— А ты? Как Галивер?

— Огромный… и… и, разумеется, очень красивый.

— Просто умираю, хочу увидеть его. О Энн! Я бы хотела, чтобы ты была с нами сегодня.

— Вы скучали без меня? — В голосе Энн прозвучала тоска.

— Ну конечно! — ответ Майры успокаивал, но Энн чувствовала, что он не совсем правдив.

Она спросила о близнецах.

— Они едят, — сказала Майра.