Простреленная репутация

За окнами монотонно шумел дождь, слышно было, как где-то совсем рядом капли гулко ударяют по листовому железу. Немного тянуло сыростью. Наверное, Васе стало душно, и он приоткрыл балконную дверь – как раз настолько, чтобы не уронить прикреплённые по всей площади стекла одеяла.

– Ты че разлёгся? – в Васином шёпоте бушевало возмущение. – Бегом давай – форма четыре!

– Вот же послал бог урода... – Я перевернулся на другой бок и натянул одеяло на голову – вставать смертельно не хотелось, под такой дождик можно спать вечно...

– Подъём! – Вася-изверг содрал с меня одеяло и сказал кому-то: – Сказал?

– Сейчас подойдут, – так же шёпотом ответил из мглы голос Петрушина.

Я сел на кровати, на ощупь нашёл спортивный костюм и стал натягивать штаны. Чего это они тут устроили?

Теперь понятно было, откуда идёт зеленоватое свечение. На полу, между нашими кроватями, лежал Лизин тепловизор и неброско отсвечивал компактным экраном. На экране были видны десятка три красных точек разной степени яркости. Присмотревшись, я заметил между ними разницу: у нижней грани экрана находились статичные точки, их было большинство, а у верхней грани виднелась всего одна. Вдоль левой грани медленно двигались пять точек, судя по вектору, они направлялись к той, что была отдельно.

Я натянул костюм и приоткрыл нижний обрез одеяла на окне – взглянуть, не светает ли.

– Поставь на место! – зашипел Вася. – Мы же, типа, спим!

– Не видно, – успокоил его Петрушин. – Отсвет слабый, второй этаж, панель лоджии прикрывает. Но вообще, лучше, конечно, не открывать. Ближе подойдут, могут заметить.

За окном – ни зги! А вечером, помнится, фонари горели... И кто подойдёт-то?!

Вася что-то недовольно пробурчал и задвинул прибор под мою кровать. Я сплю возле окна, теперь уж точно с улицы никто не заметит, можно балконную дверь настежь открывать.

Скрипнула входная дверь, ожидаемая полоска света из коридора не появилась, в призрачном отсвете экрана тепловизора соткалось какое-то подобие двух новых теней.

– Чего так темно? – раздался хрипловатый со сна шёпот Иванова.

– Судя по всему, трансформатор рубанули, – ответил Петрушин. – Вот, смотрите...

Некоторое время тени молча пялились на экран прибора – мне пришлось пересесть на Васину койку, не видно ни фига. Пять точек продолжали неспешное движение, остальные пребывали в покое. Я обратил внимание, что в левом нижнем углу экрана тоже есть отдельное от остальных пятнышко – именно пятнышко, а не точка, оно было больше и значительно ярче.

– Сектор охвата? – уточнил Иванов.

– Триста метров, – доложил из темноты Серёга. – Думаю, это то самое. Наблюдатель, пять бойцов и транспорт. Только подъехали – горячий...

Пять точек пересекли верхнюю грань экрана и пропали.

– Хорошо – в обход идут, – продолжил Серёга.