Простреленная репутация

А ещё этот большой человек час назад безапелляционно заявил Иванову, что жутко в нём разочаровался и считает, что полковник его подставил.

Теперь представьте себе, что спустя всего час после такого грозного заявления Иванов звонит Вите и просит оказать небольшую услугу. У вас там «вертушка» под боком ( площадка в нескольких десятках метров от представительства), дежурит в круглосуточном режиме. Так вот, не фиг сидеть сложа руки, прыгайте на борт и метнитесь километров на полста в степь. Потому что мне надо кое о чём перетолковать с одним старым приятелем, а спутникового телефона у него нет. А у вас есть... Нет, я не уверен, что он даст ту самую информацию, что нам сейчас нужна до зарезу. Более того, я не уверен, что он вообще захочет со мной на эту тему разговаривать. Примерно один из десяти шансов, что он что-то знает по данной тематике. И один из двадцати, что захочет говорить...

Как вы думаете, какова была реакция представителя? Если кто-то предположил, что минут через десять за Ивановым прибыл караул для производства ареста, отвечаю: немного не угадали. Плохо вы Витю знаете...

– Понял, сделаю. Ну-ка, бегом мне – координаты.

– Вот же осёл! – Иванов крепко хлопнул себя по лбу, высунулся в окно и рявкнул: – Петрушин! Ко мне! С картой Осетии!!!

Примчался Петрушин с пачкой карт. Быстро отслюнявил нужную, шевеля губами, с ходу высчитал квадрат (когда ездили – не пометили, незачем было), сообщил координаты. Иванову оставалось лишь продублировать цифры в трубку.

– Ну всё. Ждите, – обнадёжил Витя. – Я полетел...

За год совместной работы Иванов изучил Витю вдоль и поперёк. Потому-то и не постеснялся обратиться с такой идиотской просьбой. Витя хоть и большой человек, и жуткий карьерист, но при крайней необходимости готов презреть свои необъятные амбиции и самолично чистить нужники – если это тот самый единственный шанс, который может спасти всё дело. Очень редкое качество для руководителя такого ранга. Вообще, Витя довольно странный тип, сочетающий в себе крайние стороны новой волны отечественных аппаратчиков. При случае может украсть эшелон с золотом, не моргнув глазом сдаст всю команду, если посчитает, что Родина от этого окажется в выигрыше... Но при всём при том запросто может пойти и сдаться в плен вместо наших майоров – если это будет единственным выходом из создавшейся ситуации. И неважно, что час назад он считал Иванова дегенератом и врагом народа. Один из основных принципов Вити: «Здесь и сейчас!»

Так что час назад – это уже в прошлом. А сейчас, сию минуту, появился шанс хоть как-то повлиять на дальнейшее развитие событий. Маленький, плохонький... Но шанс! Это уже не ноль. Так какие могут быть амбиции? Вперёд, за дело!

– С ослом не совсем ладно вышло, – запоздало спохватился Иванов.