Простокровка из Дра'мора

С тех пор, как у нее появились эти два нелепых полупрозрачных отростка, каждый размером с нее, боль стала ее неразлучным спутником. И хоть крылья оказались эфирной не материальной формой, боль и тяжесть от их присутствия постоянно давали о себе знать. «Ну хоть одежду не придется перешивать, – заключил Кулгард, когда она впервые навестила его в лазарете. – Кто-то находит, а кто-то, – он как-то безразлично потряс культей, – теряет. Круговорот равновесия». И хоть Кул наверняка не помышлял уколоть ее, Марори не могла отделаться от чувства вины.

– К сожалению, я знаю не так много, как хотелось бы. По правде говоря, я был почти уверен, что ты прольешь свет на ситуацию. Потому что до этого нам попадались только мертвые копии.

Мертвые. Копии.

Она почти не удивилась, что восприняла услышанное как данность.

Марроу вынул из конверта стопку фотографий и передал их собеседнице.

– Это номер два, – прокомментировал он первый снимок, на котором Марори не рассмотрела ничего, кроме странно вывернутых босых грязных ступней. – Ее нашли первой. Она выпала из Хаоса во время инцидента с Прорывом. Точнее говоря – она его и создала. Двойка была у нее вот здесь, – он ткнул куда-то в область собственного затылка.

Марори перевела взгляд с грязных ступней на эрэлима.

– Это там вы с братом отличились?

– Сейчас это не имеет никакого значения, – уклончиво ответил эрэлим.

– Она – порождение Хаоса?

Вместо ответа Марроу взглядом предложил пролистать снимки дальше. Следующая вообще мало походила на человека – скорее на то, что останется от человека, если отдать его на съедение ленивым червям.

– Номер четыре. – На этот раз небеснорожденный указал на запястье, и Марори невольно посмотрела на свое, с полумесяцем белесого шрама. – Попыталась завладеть артефактом, ворвалась в музей с небольшой армией марионеток из гражданских. В итоге не справилась – и они же ее и загрызли.

На следующем снимке был обгоревший до черноты труп. Марори в глаза бросились неестественно оголенные зубы: обычные, ровные. Ни намека на клыки.

– Номер одиннадцать. Сгорела у меня на глазах.

На последнем фото девушка выглядела вполне живой, если бы не одно но: она лежала в какой-то полупрозрачной жиже и была мертвецки синюшной. Трубки и шнуры тянулись из ее тела, словно черви и змеи, голова была абсолютно лысой.

– Номер двенадцать, – сказал Марроу за миг до того, как Марори увидела эту цифру у девчонки под левой грудью.

– Что с ней? Она жива?

– Она и не была жива. Собственность одного из филиалов «Возрождения», хранилась под грифом «совершенно секретно» и едва не сгорела во время взрыва три дня назад.

– Эти взрывы – они ведь не просто так, да?

– Умница, – как будто искренне похвалил Марроу. – Хозяин заметает следы.