Простокровка из Дра'мора

Страшно подумать, что будет, когда ее увидят вот такой – ободранной, грязной и, кстати, вонючей.

– У вас пятнадцать минут, – смилостивился декан, – если по истечении этого времени вы не явитесь в деканат, я прикажу доставить вас лично, даже если ради этого, айра Милс, придется протащить вас голой через весь Дра’Мор.

Марори пулей бросилась к себе, влетела в комнату и первым делом побежала в душ. Страх подгонял шевелиться быстрее и даже наплевать на то, что голень буквально вопит об отдыхе. Ей потребовалось ровно шесть минут, чтобы привести себя в более-менее приличный вид. Она уже собиралась выйти, когда заметила на полу около двери знакомый черный прямоугольник.

Вот же задница, ее пропуск!

Похоже, его подсунули под дверь. Возможно, даже до того, как она вошла. Быть может, в спешке его просто не заметила? Или его подбросили, пока она принимала душ?

С заветным пластиком в руках и полным непониманием происходящего девушка поспешила в деканат. Что же делать? Сказать все, как было, или сослаться на невнимательность, мол, пропуск провалился за подкладку? Во втором случае наверняка схлопочет дисциплинарное взыскание и какие-то общественные работы в придачу – это понятно. А вот в первом так легко не отделаться.

Марори буквально видела себя вжатой в спинку стула в окружении преподавателей, администрации и вопросов. Кто поверит простокровке, что она не сообщница двух небеснорожденных и что знать ничего о них не знает? Можно попытаться добиться ментального сканирования, но это настолько сложная процедура, что пока все мыслимые и немыслимые инстанции дадут на нее разрешение, она благополучно состарится.

В такие моменты Марори как никогда остро ощущала одиночество. Не у кого спросить совета, не на кого опереться. Только Ним и есть, но она и так слишком часто доставляет ему хлопоты. Скоро и он поймет, что лучше обходить ее десятой дорогой. На всякий случай.

– Я прошу прощения за то, что ввела в заблуждение, – прямо с порога, не дожидаясь, пока ее спросят, соврала она. – Пропуск упал за подкладку моей сумки и все время был там.

Декан, черный, как туча, постучал пальцем по столу, предлагая предъявить доказательство. Он долго и тщательно изучал пропуск, потом передал его помощнице и посмотрел на студентку.

«Я хочу найти повод зацепиться, дай мне его», – говорил его хищный взгляд.

Марори заставила себя стоять ровно, как вбитый в доску гвоздь. Нет ничего хуже неправды. Соврешь один раз – и потом будешь всю жизнь оглядываться, боясь разоблачения. А за вранье наказывают больнее, чем за сказанную вовремя правду. Только вот и правда бывает такая, что хоть в петлю полезай, а все равно не поверят и не поймут.