Просто Маса

ДЕТЕКТИВНОЕ АГЕНТСТВО «ЗНАМЯ СМЕРТИ»

День начинался как обычно. Ровно в восемь директор пришел на работу, то есть переместился из крошечной спальни в маленький кабинет. Других комнат не имелось. Зато это был настоящий европейский апато (апартамент) с окнами и деревянным полом, не какая-нибудь японская соломенная избушка, где посетителям пришлось бы снимать ботинки и сидеть на корточках. И, что важно, с собственным входом. Крылечко, сверкающая медная вывеска на двух языках: «СИБАТА Тантэйся» и «Detective Agency BANNER OF DEATH». Правда, в солидный электрический звонок никто давно уже не звонил, никто не входил в красивую дубовую дверь хоть в ботинках, хоть без.

Занимаясь всегдашним утренним делом — сочиняя хокку дня — глава детективного агентства «Знамя Смерти» думал, что это, вероятно, и есть самая лучшая, гармоничная старость: неспешно писать стихотворение, потом каллиграфически выводить его кисточкой, добиваясь совершенства линий, и вешать шедевр на стену. Уже и обоев почти не видно. Со всех сторон, от пола до потолка, сплошная поэзия. Ее накопилось на толстый сборник. Как знать — может быть, потомки запомнят Масахиро Сибату не как сыщика, а как стихотворца.

Вчера родилось пятистишье, вдохновленное ожиданием водопроводчика:

Сегодня Маса был настроен на трехстишие и предполагал посвятить его цикадам, предвестницам благословенной осенней прохлады, которая всё никак не придет. Из приоткрытого окна, даром что раннее утро, тянуло не свежестью, а каким-то банным паром.

«Как я жду тебя, / О, блаженный стрекот...» — вывела авторучка первые две строки и приостановилась перед третьей. В словосочетании «осенней цикады» было больше слогов, чем нужно.

И вдруг раздался стрекот, пронзительный и звонкий. В первый миг Маса даже не сообразил, что это проснулся телефон. Аппарат молчал уже бог знает сколько дней, просто стоял себе, сверкал черными лаковыми боками. Судя по тому, как от этого довольно противного звука радостно екнуло сердце, старость у поэта поневоле была недостаточно гармоничной или же он пока состарился еще недостаточно.

— Хай. Детективное агентство «Знамя Смерти», — с некоторой осторожностью произнес в трубку Маса, боясь, что ошиблись номером.

Ура и бандзай! Телефон заговорил голосом майора Бабы:

— Доброе утро, Сибата-сенсей. Извините, что докучаю, когда вы так сильно заняты.

Это не издевательство, это обычная японская формула вежливости, напомнил себе сенсей, но все-таки насупился. Речевой этикет предписывал ответить: «Ну что вы, что вы, нисколько!», однако Маса выработал особенную манеру поведения, подчеркнуто неяпонскую — это был его фирменный стиль. Он и одевался исключительно по-западному: никаких кимоно-хакама, только пиджак с галстуком, белые гамаши, в сезон дождей — галоши.