Просто друзья

– Убила мою мечту, Мила! Ты убила меня!

Подхожу ближе, хочу ее обнять. Соня закрывает лицо руками и, наконец, дает волю слезам.

Мы будто с ней вдвоем на сцене, играем свой спектакль под названием "Жизнь конкуренток". Никита стоит рядом и просто молчит. Он понимает, что виноваты мы с ним оба, но Соня готова разговаривать пока только со мной.

Соня позволяет мне обнять себя. Она положила голову мне на плечо и плачет.

– Я всегда хотела с тобой дружить, Мила.

– Тогда на вступительных экзаменах я сидела рядом с Зойкой, в углу, но почему-то ты заметила ее, а не меня. Я слышала ваши разговоры, ваше знакомство. И так хотелось, чтобы вы обратили внимание на меня. Ведь я тоже была рядом, все слышала. Но нет, меня будто не существовало.

– Да, в первый учебный день было так же. Две подружки: Зойка и Мила. С первой минуты начали общаться, а я … На меня никто не обратил внимание. А мне так хотелось просто подружиться. Мне тоже нужен был друг, просто друг.

– Почему ты ни разу к нам не подошла? Сама не познакомилась?

– Я просто боялась, Мила, что буду лишней и ненужной вам.

– Дурочка, – первый смешок, такой неловкий, но он будто первый шаг на новой тропке. – Прости меня, Соня.

Сонина голова с темными волосами, практически такого же цвета, что и мои, лежала у меня на плече. Слез уже не было, просто прерывистое дыхание, чуть надрывное, но оно говорит, что самое сложное позади. Маленькой ладошкой она вытирает слезы.

– Помнишь, как тебе в третьем классе испачкали пачку? – голос Сони тихий, она говорит практически шепотом. Рассказывает мне свою тайну.

– Помню. Это была ты?

– Нет, – слегка улыбнулась, – это была Зойка. Я застукала ее тогда в гримерке. Она меня не видела. Я прикрыла дверь так, чтобы наблюдать за ней, но самой остаться незамеченной.

Я отстранилась от Сони, не веря, что та рассказывает такое про Зойку.

– Может, Милка, – ее глаза говорили правду, без сомнений.

– Вы еще долго так будете сидеть? – Голос Никиты будто вырвал нас из воспоминаний, жестко окатив ледяной водой.

– Ты что здесь делаешь? – Соня разозлилась, что нас прервали.

– Жду пока вы нареветесь. Надо уходить, пока Иринка вас не нашла. Она рвет и мечет.

Я дала руку Соне, чтобы помочь ей подняться. Такое привычное движение, просто поддержка, но не для нас и не сейчас.

За дверью никого. Мы бесшумно, на цыпочках, дошли до гримерки, где уже сидели девчонки и обсуждали свое выступление. Мы пока не знаем, в курсе ли они всего произошедшего или нет. И мне как никогда ранее хочется убежать и не видеть этих глаз, что презрительно смотрят вслед.

Зойка сидит на стуле, уставилась в одну точку. Ее ни для кого нет. На полу вижу разбросанные и раздавленные драже. Кто-то прошелся по одному из них, оставляя цветной след от своих пуант.

– Зойка, – обращаюсь я к ней.