Прости себе меня

Теперь та самая прекрасная пора сменилась унылыми пейзажами и серым небом. Холодно.

— Ну, ты готова к поездке?

Поездка...

Не очень-то и хотелось. Но... чего не сделаешь ради оценки.

— Не хочу ехать.

— Да ну!! С ума сошла? Это же такой шанс! Кто отказывается от халявы?!

— Я бы лучше в приют съездила. Или в дом престарелых. Там есть где развернуться... — сухо промямлила, переводя внимание за окно, — робототехника не моё...

— Да плевать, — Яна достала из сумки жужжащий телефон, — если оценка будет халявная, я хоть на слёт агрономов поеду. Из пальца высосу инфу... лишь бы Аркадич доволен был.

В который раз Дани убедилась, что журналистика — не дело всей её жизни. Чем она думала, выбирая университет?

Яна ответила на звонок и, тихо извинившись, вышла из-за стола. Обошла соседние стулья и вышла из кофейни на улицу под навес.

Оставшись одна, Дани достала свой мобильный. Открыла недавнее сообщение от Виктора и ещё раз пробежалась по буквам.

Не думаю, что нам есть что обсуждать. Давай на этом закончим.

Это был его ответ на её просьбу встретиться и поговорить.

Вот так просто. С плеча.

Он сам принял решение. И сам пришёл к выводу, что между ними всё кончено.

Гордеев может собой гордиться...

Они с Егором больше не виделись с того дня. Ни звонков, ни сообщений. И правда: будто ничего не было. И... было пусто. Необъяснимая пустота. Дыра в груди. Чёрная и холодная.

Дани снова посмотрела в окно. Присматриваясь к прохожим, что прятались под зонтами, она почувствовала на себе чей-то взгляд. Так бывает. Будто лицо начинает гореть, а шею так и тянет обернуться.

Да. Она не ошиблась.

Широко улыбаясь, на противоположной стороне дороги стоял Федя. Словно передумав садиться в автомобиль, парень, засеменил к пешеходному переходу. Перебежал перекрёсток и через минуту уже был совсем рядом. Его рука поднялась и, помахав Даниэле, Федя дёрнул за рукоять, открывая дверь.

Неожиданно.

— Привет! — его улыбка была заразительна.

Даниэла подняла голову и улыбнулась в ответ. Окинула парня придирчивым и смешливым взглядом. Федя весь промок и даже с кончика его носа норовила упасть капля.

— Привет! — Дани немного сдвинулись, позволяя Федя поставить к их маленькому столу ещё один стул. — Какими судьбами?

— Не хочу жаловаться, — театрально опустил голову, — но был у травматолога. — Он кивнул за окно, указывая на клинику, соседствующую с её университетом, а затем поднял руку, привлекая внимание официанта. — Ты не против? Можно присоединиться?

— Нет, не против. — замотала головой Ксенакис."

"Сосредоточила взгляд на его лице. Его переносицу и область глазниц украшали уже не свежие синяки. Едва заметные. Но она знала о его травме, а потому сразу поняла о чем речь.

Снова. Гордеев. Его работа.

Да, он действительно может собой гордиться.

Гордеев. Гордиться...