Прости и спаси

Ника слышит мое появление, но не реагирует, смотрит куда-то вдаль на вечерний город. А я смотрю на ее пальчики, обхватывающие чашку, и думаю о том, как будет смотреться колечко, которое я недавно купил. Οно всегда со мной в нагрудном кармане. Новенькое обручальное кольцо из белого золота с россыпью бриллиантов, словно маленьких сверкающих снежинок. Думаю, будет очень красиво, когда швырнет мне это кольцо в лицо.

Ника наконец обращает на меня внимание и двигает ко мне свой телефон. Беру аппарат, а там сообщение с очередного неизвестного номера.

«Не плачь. Не бойся. Не проси.

Не унижайся перед НИМ!

И крест свой с гордостью неси,

Не повторяй ошибок дважды…

Он бросил тебя, потерял, а ты опять с НИМ! Ищешь защиты? Οт меня? Хочешь опять в это болото под названием «Брак?!» Ты разочаровываешь меня, моя девочка. Я скоро приду за тобой, и мы станем одним целым»

Пытаюсь дышать глубже, и не срываться в эмоции. Мразь! Я же достану тебя из-под земли и устрою ад! Делаю дозвон на этот номер, но связь работает только на исходящие, все очень грамотно настроено по технической части. Гениальный или очень опытный псих.

— Поехали домой, — говорю Нике, жду, когда она поднимется, пропускаю ее вперед и иду за ней как преданный пес. Едем мы молча, слушая музыку, а на меня накатывает тоска, распирает от любви к этой женщине.

Дома Ника сразу уходит в ванную, переодевается в домашнее платье, а потом направляется в кухню.

— Что приготовить — мясо или курицу? — так буднично кричит она из кухни. Иду к ней, останавливаюсь в дверном проеме, смотря, как она достает продукты из холодильника.

— Готовь, что хочешь, я не голоден, ничего не хочу, — Ника поднимает на меня глаза, смотрит несколько секунд, не моргая, а потом складывает продукты назад в холодильник и просто ставит чайник. Она обходит меня и идет в гостиную, слышу звук телевизора и иду за ней. Моя Лисичка щелкает пультом, сидя на диване, поджимая под себя ножки. Хочу ее тепла, совсем немного, авансом, в кредит, чтобы немного обезболиться, получить свою дозу наркотика и воевать с этим миром дальше. Подхожу к ней, сажусь на корточки, загораживая телевизор. Ника вопросительно выгибает бровь, не понимая, чего я хочу, я вдыхаю больше воздуха, как перед прыжком в бездну, обхватываю ее бедра, притягивая к себе, и утыкаюсь лицом в ее колени. И все, я в раю. Дышу ей, жадно поглощая ее запах и тепло, питаясь энергией. Чувствую, как она замирает и кажется даже не дышит, но не отталкивает меня и мне уже хорошо.

— Марк, — осторожно произносит она.

— Тихо, — отвечаю в ее колени. — Я все знаю…

— Что знаешь? — недоумевает она.

— Все… — на выдохе произношу я и в горле встает ком.