Моя простая курортная жизнь 3 (СИ)

Блин, я что ее набрал как-то? Реально на экране смартфона было ее милое личико и пальмы на заднем фоне.

— Ой, — сказал я, — по-моему, я номером ошибся. В смысле, задом набрал.

— И говоришь тоже им? — улыбнулась она. — Тебя не видно.

Улыбнувшись в ответ, я тоже включил видео, глядя на светлые длинные волосы с чуть розоватым отливом в лучах завязывающегося заката, на загорелые плечи и тонкие голубые лямочки, не спрятанные в этот раз под футболку.

— Ой, — сказала подруга, как будто чуть-чуть передразнивая меня, — я в купальнике.

Ой, да я, наверное, заметил.

— Тебе очень идет, — похвалил я вслух.

— Еще добавь: ходи так в школу, — с иронией парировала она.

— Красивый купальник, — развил я тему. — Наверное…

В конце концов, мне показали только лямочки. Камера чуть качнулась и плавно опустилась вниз до голубых чашек на нежных полушариях и темной ложбинки между ними, как бы говорящей, что тут на самом деле есть, что оценить.

— А дальше?

— А дальше нельзя, — заявила моя милая собеседница и вернула ракурс обратно на плечи и лицо.

— А почему нельзя?

— Хитрый, — усмехнулась она.

Вот оно то самое пляжное лицемерие. Но здесь Дана реально напала не на того — благодаря Полине, я знал о пляжном лицемерии все.

— А что такого? Это же не белье, а купальник. Ты в нем на пляже, и на тебя в нем смотрят. Или что, у всяких туземцев больше прав смотреть на тебя, чем у меня? Как-то нечестно: все-таки мы больше знакомы…

В ответ на экране состроили такое забавное личико и после небольшой паузы изрекли:

— Ну, справедливо… Ладно, смотри…

Камера медленно, даже как будто неуверенно, поехала вниз, давая моим глазам полюбоваться на симпатичные полушария в голубом лифчике, на родинку сразу под ними, которую ни за что не увидишь в одежде, на ровный теплый загар, на стройную талию, на гладкую девственную кожу, по которой еще не скользили ничьи пальцы, кроме ее собственных. Камера чуть спустилась с животика, выцепила границу голубых трусиков и замерла.

— А ниже?

— Не наглей! — Дана снова вернула ракурс на улыбающееся лицо. — Или что, так впечатлен?

— Впечатлен, — честно ответил я.

Она торопливо заправила светлую прядь за чуть покрасневшее ухо.

— Да ладно, ты, наверное, уже стольких видел. Чего тут впечатляться…

— Правда, честно впечатлен, — сказал я. — Тебя-то не видел.

А еще никогда не видел у нее такого странного взгляда, каким он стал в этот момент. Глаза, то синие, то серые, то голубые, меняющиеся в зависимости от освещения, заскользили туда-сюда, как будто прыгая с одного плеча, где у нее явно сидел ангел, на другое, где развалился демон. Не знаю, кто побеждал, но пальчики внезапно подцепили голубую лямочку и начали ее вертеть, пока моя милая собеседница словно раздумывала, а не показать ли мне еще чего.