Сердце просит счастья

Петька потребовал, чтобы они все вместе принимали участие во всевозможных соревнованиях и играх: ползали с ним по мини-скалодрому, бегали по загадочным лабиринтам, соревновались с другими родителями, пели песни хором – и в иной череде заданий.

И так укатал их, что на очередном развлекательном этапе Барташов с Мирой честно и безоговорочно капитулировали:

– Знаешь, Петя, – задумчиво рассматривая огромную черепаху, в которую предлагалось залезть и, просунув ноги в специальные отверстия, бежать, соревнуясь с другими семьями, призналась Мира, – черепаху я, пожалуй, не осилю.

– Мирочка-а-а, – ныл, уговаривая, Петька. – Мы быстро-быстро побежим и всех победим!

– Петя, – пришел Мире на помощь Андрей. – Я видел гораздо более интересую игру вот там, – и махнул куда-то неопределенно рукой.

– Какую? – тут же загорелся любопытством Петька.

– Идем, покажу.

Игру нашли для маленьких деток под руководством двух ведущих. Не такую активную, как все, что выпало Мире с Барташовым «перенести» до этого, но занявшую шустрого парня надолго. К тому же там было много других деток, с которыми Петьке было интересно.

– Вон кафе, – кивком головы указал Андрей, – оттуда Петьку будет хорошо видно. Идемте, посидим, хоть отдохнем. Честно говоря, он меня совершенно умотал.

– Очень энергичный мальчик, – посмеялась Мира."

"– А как так получилось, что вы стали актрисой? – «открыв» дружескую беседу, полюбопытствовал Барташов, когда они сели за столик и официант принес им чайничек чая и какие-то легкие десерты.

– Да как-то само собой, – помахала рукой Петьке Мира и повернулась к нему. – Когда я устраивала для сестры и деток, лежавших вместе с ней в палате, представления всякие, тогда и поняла, что у меня есть определенные актерские способности.

Она объявила о своем желании стать актрисой семье, и папа сразу же устроил ее на театральные подготовительные курсы, на которых выяснилось два факта. Первый – способности у девочки таки имеются, и весьма крепкие, и талант к ним прилагается. А вот второй факт оказался куда как неприятным при таких способностях – у Миры обнаружился страх зрительного зала.

Такой себе серьезный страх.

Причем, что интересно, когда она выступала перед родными, знакомыми и друзьями – все было нормально и никаких треморов нервных и зажимов ненормальных, сколько бы этих знакомых и близких ни набилось в том зале. Но стоило ей выйти на сцену, когда в зале сидели незнакомые люди, простые зрители, у нее случался дикий ступор и она не могла произнести ни слова.

Поэтому, посовещавшись с родными, выбрали для Миры кукольное отделение института, потому что за ширмой человека не видно, а ему не видно зрителей, если он не захочет.