Монстр из прошлого тысячелетия

Шкуры увенчивались свирепыми мордами животных, глядящих на пришельцев удивительно живыми глазами поверх голов своих хозяев. Хмурые лица под масками зверей не предвещали ничего хорошего. Каждый из них был вооружён огромным мечом, который они легко держали в одной руке.

Богатыри выдвинулись вперёд. Слово взял Ярополк, подтверждая своё негласное лидерство в тройке.

— Ты ж чего, Морок, не признал нас? — удивился громила.

— Признал, чего ж не признать, — выступил вперёд воин в шкуре медведя поверх кожаных доспехов. — Вот только не всех. Кто это с тобой?

Ярополк замялся, окинув взглядом людей за своей спиной.

— Из столицы это, князя воины, хотят говорить, — рублёнными фразами донёс он.

— Слово им никто не давал, — усмехнулся Морок. — На кой они нам?

— Нельзя так, — помрачнел Ярополк. — Говорить надо, но не тебе это решать. Я к старосте их приведу, он и рассудит.

— Это если приведёшь, — усмехнулся Морок, и кольцо его людей, больше десятка воинов, придвинулось почти вплотную.

— Хочешь вызов бросить? — не спрашивал, а констатировал факт Ярополк. — Так это у алтаря, а не здесь, посреди отца леса. А до алтаря надо дойти.

Воины вокруг одобрительно закивали.

Морок окинул своих людей взглядом из-под кустистых бровей и поджал губы.

— Будет тебе бой, — кивнул он. — Все стали свидетелями того, что Ярополк бросил мне вызов, значит, быть суду.

Толпа загудела, менее одобрительно, скорее просто согласно.

Воины подобрались и поделились, взяв гостей под конвой. Половина пошла вперёд, вторая устроилась позади.

Деревня показалась неожиданно — просто выступила из леса. Ещё миг назад были только сплошные деревья, а теперь появились первые дома, сложенные из грубо обработанных вековых стволов — таких же крупных и крепких, как и люди, тут живущие.

Молоту эта возня не понравилась. Он впервые не чувствовал себя в безопасности. Да, эти простаки, скорее всего, не владели клинками душ, но их количество и навыки не оставляли сомнений в том, кто выйдет победителем.

Появились смутные сомнения насчёт своего решения. А если он не придёт? Марго может здесь погибнуть, тогда быть беде. Но если ничего не делать — бед будет две.

Пробормотав старую поговорку, которая его успокаивала, он стал внимательнее рассматривать всё вокруг.

Поселение вызывало у старого паладина не самые приятные воспоминания. Эти виды он долго пытался запомнить, но ещё больше — забыть.

В голове колокольчиками пронёсся добрый смех друзей, когда они были простыми мальчишками и девчонками. Тряхнув коротко обритой головой, он выкинул вязкую рефлексию.

Деревня была большой — под тысячу дворов и наполненные людьми узкие улочки. Невысокие каменные заборы, за ними бревенчатые избы, одноэтажные, реже двух.