Девочка из прошлого

— С большей долей вероятности тебе припишут со мной романтическую связь, решив, что я увлёкся очаровательной переводчицей и прилетел отбить её у жениха. В целом не ошибутся, — нагло усмехается Асадов, а я сжимаю челюсти и бросаю на него гневный взгляд.

— Динар, а у вас есть дети помимо Тимура? — продолжает Сима допрос. — Может, у Тимурчика братик или сестрёнка имеются?

— Нет, — отвечает Динар. — Ни семьи, ни детей. Наташа и сын — мои единственные близкие люди.

Единственные близкие люди? Нет семьи? А как же Катина? А Берг? А бумаги, которые я видела в тот вечер? На незнакомых столько всего не оформляют! Лицемер!

— Но, возможно, у Тимура будет братик или сестричка. Наташа ведь захочет ещё детей, да? — Динар смотрит на меня в упор, и краска заливает лицо. Можно было и не наносить румяна.

— Мы пока не планировали с Ильёй ребёнка.

По краю хожу. Замечаю, как вспыхивает огонь в глазах Асадова, но он тут же гасит его и берёт себя в руки. Переводит взгляд на Тимура.

Резкий порыв ветра на улице гнёт клен к земле, и сухие ветки летят в окно. Бросив в мою сторону быстрый взгляд, Динар резко вскакивает со стула и закрывает собой сына, который из всех присутствующих ближе всего к окну. А несколько секунд спустя слышится звук бьющегося стекла. Тимур напуган и громко плачет, пока я потрясённо смотрю на Динара. Если бы не его реакция…

— Ребёнка унеси, — говорит он, и я выхожу из ступора.

Подхватываю Тима из стульчика, прижимаю к себе и иду в гостиную, пытаясь успокоить. Слышу частые удары его сердца и глажу по спинке. Пока Сима и Динар остаются на кухне, осматриваю его на диване, не задело ли осколками.

— Наташа, как он? Там столько стекла на полу… — Сима заглядывает в гостиную спустя пару минут.

— Всё нормально. Просто испугался.

У самой дрожат руки. Я никак не могу отойти от шока.

— Вы идите наверх, тут сквозняк. Я сейчас всё уберу и тоже поднимусь. Динар уже разговаривает с кем-то по телефону, чтобы заменили окно и обрезали ветки.

Я шумно вздыхаю и качаю головой. Это только моя вина. Мне следовало ещё в прошлый приезд поменять на первом этаже все окна и нанять человека, чтобы он ухаживал за садом в наше отсутствие.

— Наташа, — окликает меня Сима, когда я встаю с дивана, и продолжает тише: — Я заметила у Динара на рубашке кровь. Он сказал, что ничего страшного, но, похоже, один из осколков попал ему в руку.

— Достань аптечку и покажи ему, где можно обработать рану. Хотя... он и так знает где. Просто дай аптечку.

Меня до сих пор потряхивает от случившегося, я запрещаю себе думать, что было бы, если бы Динар не закрыл собой Тима. А ещё я чувствую себя ужасной матерью, неспособной защитить ребёнка от опасности. Пусть даже нелепой и случайной.

Мы поднимаемся с сыном в детскую. Я отвлекаю его игрушкой и сама немного успокаиваюсь.