Вперед в прошлое 8

На рынок мы прибыли без десяти пять, солнце уже начало скатываться за холмы, торговцы — сворачиваться, покупатели — спешить, пока все не разошлись. Официально рынок работает до шести, но продавцы расходятся, начиная с трех.

Как я и думал, день выдался теплый, Илья шагал рядом, поедая мороженое и провожая взглядом грузчиков с клетчатыми баулами, которых сопровождали продавцы.

На стоянке царило оживление: торговцы забивали свои машины товаром, чтобы разъехаться по домам, и в толчее я не сразу увидел своего валютчика, меняющего деньги кудрявой полной женщине. На меня он обратил внимание, только когда я оказался рядом. Повернулся, и я заметил уже позеленевший кровоподтек на нижней челюсти справа.

— Привет, — сказал я. — Доллары есть? И какой сегодня курс?

Павел глянул на напарницу, на меня и ответил:

— Тысяча сто восемьдесят. Вроде стабилизировался. Тебе сколько надо?

— Двести пятьдесят баксов, — ответил я и добавил: — Ты уверен, что стабилизировалось? Я — нет.

— В сравнении с тем, что тут было в начале октября — еще как. Может, наладится все, а то не успеваю следить за курсом.

— Каждому, каждому в лучшее верится, — пропел я и подумал, что семнадцати тысяч должно хватить на мелкие расходы: две акции «МММ» и краску для спортзала. Если нет, с завтрашнего дохода возьму. — Так есть баксы?

Валютчик подозвал напарницу, озвучил сумму. Отойдя в сторонку, она достала нужную, отдала ему. Воровато оглядываясь, он протянул мне доллары разными купюрами, которые я осторожно пересчитал и сразу же отправил во внутренний карман куртки.

Как бы начать разговор о бандитах? С какого края подступиться?

Но валютчик сделал это за меня, подвигал челюстью и с ноткой горечи сказал:

— Похоже, скоро придется менять место или вообще уезжать.

— Я был на рынке, когда случился налет. — Я потер свою нижнюю челюсть. — Это они сделали? Хоть деньги у тебя не забрали?

— Ха, это не так просто, — вполголоса ответил он. — На такие случаи есть Леночка. Но не поверили, суки, что при себе ничего нет. — Он снова подвигал челюстью. — Ушиб, вывих. Хорошо хоть зубы на месте.

— Почему тогда придется уезжать? — подозревая неладное, спросил я. — Наши авторитеты, что, сдадут территорию без боя? Тем более беспредельщики известны.

На этот раз его ухмылка больше напоминала гримасу.

— И правда, откуда тебе знать. Расстреляли всех сегодня ночью. То есть вчера.

— Как — всех? — вытаращил глаза я. — Кого — всех?

— Наши группировки обезглавлены. Пока соберутся с силами, начнется замес, противник-то серьезный. Как бы не сегодня начали подчищать недобитков. Стою тут на свой страх и риск.

Похоже, вопрос о кофе снимается сам собой. Зато второй вопрос, самый важный, становится как нельзя более актуальным. Все зависит от реакции валютчика.