Скала Прощания. Том 2

 – Я не имею права открыть вам все, пусть ваши люди и отличаются благородством. Быть может, после того, как у меня будет достаточно времени для размышлений, вы узнаете больше. Удовлетворитесь тем, что вам уже известно.

И он перестал отвечать на вопросы Эолейра.

В тишине, которая прерывалась только звуком их шагов, странная процессия двигалась по древнему городу, и свет вокруг них мерцал, словно множество светлячков.

Зал Узоров оказался лишь немногим меньше, чем Место Свидетеля, он находился среди леса башен, и его окружал ров из скалы, в которой были высечены волны бушующего моря. Сам купол имел множество бороздок, как у морской раковины, для отделки использовали светлый камень, который пусть и не сиял, как хрустальные прутья, но испускал слабый свет.

– Океан Бесконечный и Вечный, – сказал Йис-фидри, указывая на взметнувшиеся вверх каменные волны. – Остров, наш родной дом, со всех сторон окружало море. Мы, тинукеда’я, построили корабли и перевезли Садорожденных через океан. Руян Ве, величайший представитель нашего народа, управлял кораблями и доставил нас сюда, на эту землю, где нам не грозило уничтожение. – В огромных глазах дварра появился свет, и голос наполнили триумфальные нотки. Он решительно потряс головой, словно хотел подчеркнуть важность своих слов. – Без нас кораблей попросту не было бы. И все, хозяева и слуги ушли бы в Небытие. – Он заморгал, и после небольшой паузы огонь в его глазах погас. – Пойдем, Дети Эрна, – продолжал он. – Поспешим в Банифа-ша-дзе — Зал Узоров.

Его жена Йис-хадра поманила их за собой и повела Мегвин и графа вокруг застывшего серого океана к задней части купола, который находился в стороне от центра рва, как желток яйца. В темноту вел пандус.

– Здесь живем мы с мужем, – сказала Йис-хадра. Она говорила на эрнистирийском не так уверенно, как Йис-фидри. – Мы хранители этого места.

Внутри Зала Узоров было темно, но Йис-хадра вошла первой и провела руками вдоль стены. В тех местах, где ее длинные пальцы касались камня, он начинал испускать бледный свет, более желтый, чем от хрустальных прутьев.

Мегвин видела резкий профиль Эолейра, который старался держаться рядом с ней, призрачный и неуловимый. Она начала чувствовать усталость после бесконечного напряженного дня, слабость в коленях, мысли разбегались. Как мог Эолейр позволить ей совершить столько глупостей? Ему следовало… да, что ему следовало делать?.. Ударить так, чтобы она потеряла сознание? Унести ее безвольное тело на поверхность? Она бы ненавидела его за это. Мегвин провела рукой по спутанным волосам. Если бы не случились все эти ужасные вещи, если бы только жизнь в Таиге не свернула на глупейший путь, если бы ее отец и Гвитинн остались живы, если бы зима закончилась вовремя…

– Мегвин.