Эпоха мёртвых. Прорыв

Другое дело, что их могли настропалить, описав наши художества… Хотя о чем я? Дались местным зэкам страдания другой банды из другого села? Да сто лет им не надо, у них своих головняков хватает, вон мечтают «шешнашковские» склады захватить, что им мы?

Так и сидели, слушали радио, но нового ничего не узнали. Правда, в главной мысли укрепились – можем и проскользнуть, пока у противника проблемы. Через четверть часа встал, аккуратно выглянул в щель между занавесками. Никого, но зато в той стороне, откуда мы прибежали, поднимался столб дыма. Погребальный костер, вечная память тебе, Сергеич, друг наш верный. Царствие тебе небесное.

Володя Большой

28 мая, суббота, утро

Машины стояли в кустарнике, густо обросшем край пологого, но глубокого лесного оврага, который в случае появления преследователей должен был образовать естественный рубеж обороны. Разведали это место заранее, сюда и ломились ночью через темный лес, ориентируясь по меткам и ориентирам.

У машин сидели трое – сам Большой, Шмель и новый механик – Санек. Санек курил, часто сплевывая, время от времени поглаживал замотанную свежим бинтом руку, недовольно морщась.

– Сань, тебе болеутоляющее дать? – спросил Володя.

– Нормально, терпимо, – отмахнулся тот здоровой рукой. – Вести смогу, просто ты ко мне садись, чтобы подменить, случись чего. Сумеешь бэтр вести?

– Если без экстрима, то сумею.

Большой посмотрел на невысокий вытянутый холмик свежей земли неподалеку, в который был воткнут самодельный деревянный крест с надписью, вырезанной ножом: «Николай Шматков». И годы рождения и смерти – в кармане убитого нашелся паспорт и военный билет, оттуда и узнали.

Ночью поначалу все шло по плану. Бэтээр, которым рулил Санек, прорвался по намеченному маршруту, выбросил группу у бойлерной и затем прикрывал ее несколько минут. Сидевший за стрелка Николай лихо подавлял любой ответный огонь из двух пулеметов, заставляя укрываться стрелков противника, кроша из КПВТ кирпичные стены и отгоняя укрывшихся в доме напротив врагов от окон.

Санек заложил заряды взрывчатки под бетонный забор так, как его научили заранее, заскочил в кабину, разматывая за собой длинный тонкий провод, и нажал на кнопку подрывной машинки. Грохнуло, все окутало пылью почище дымовой завесы, а сам водитель с ликованием увидел, как сразу несколько секций бетонной стены плашмя завалились наружу, освобождая проезд.

Потом была недолгая гонка по темным улицам, разваленный проволочный забор периметра. Через него бронетранспортер проскочил взбесившимся носорогом, даже не заметив, и рванул в темноту, туда, где загорелся яркой звездой фальшфейер, в приборе ночного видения напоминающий колышущуюся бесформенную медузу. И в этот момент в борт машины ударили пули.