Прорвемся, опера!

Ну, бухают и бухают, наркоты на виду нет, вот только одна деталь сказала мне, что я не зря испортил этим придуркам малину.

На тумбе у выключенного телевизора лежал калаш с отсоединённым магазином, ещё несколько ждали в китайской рисовой сумке внизу.

Пора.

Парняга в майке нас заметил, грубо сбросил девушку со своих колен и кинулся к автомату, но я толкнул его, и он врезался в стол, опрокидывая его. Еда и бутылки полетели вниз, девица заорала, проснулась и та, пьяная, с недоумением глядя на нас. А парень рядом с ней продолжал дрыхнуть.

— НА ПОЛ!!! — взревел Якут неожиданно мощным голосом, перекрикивая Кучина из магнитофона. В руке он держал подготовленный к стрельбе пистолет.

— А выкидуха, а выкидуха, вдруг щёлкнет сухо под шум и гам, — пела следующая песня.

Разложили всех на полу, а у меня аж дыхание спёрло.

Готово! Взяли их! Взяли! Накрыли всю банду за раз!

Я не увидел гибель Якута, баба Маша уже не будет всю жизнь ходить в милицию разыскивая детей, и я спасу отца.

Взяли! Столько бед — а всё, оказывается, было так близко, только руку протяни. Пятеро: их пахан, Генка Хромой, эти два пьяных парня в комнате, ещё тот, что лежал у туалета, и кто-то, кто пошёл за водкой. Четверо, кто умрёт, и главарь, что вышел бы завтра сухим из воды.

Сам мужик послушно лёг на пол, прямо между порезаной селёдкой и рассыпанной картошкой. На руке блеснули перстни. Кто-то блатной сманил пацанов, а сам решил остаться в тени.

Из прихожки раздался шум, кто-то грохнулся, потом раздался звон. Наверное, опрокинули трюмо с зеркалом, когда Василий Иванович принял того, кто ходил за водкой.

— Ну нахрена! — услышал я его голос. — Нафига бросил! Разбилось всё из-за тебя. Все три пузыря!

— Ну что, — сказал я, глядя в сумку. — И откуда это?

— Не моё это, начальник, отвечаю! — пробасил мужик, глядя на меня снизу. — Пацаны вот принесли, а я ни при делах, век воли не видать.

— Э! — возмутился пацан гоповатого вида, пока Якут застёгивал ему наручники. — Ты чё в отказняк-то идёшь! Чё на нас-то валишь, а? Сам купил, тварь, а мы чё, сидеть вместо тебя должны?

Как они резво начали закладывать друг друга. Значит, нам будет проще.

* * *На часах уже семь-тридцать утра, и поспать мы не успели.

Всех пятерых разводили по разным кабинетам, работали с задержанными и с прапором, заодно выяснили, что он продал семь автоматов в этом месяце, но вот клиентов пока вспомнить не мог.

Ходившему за водкой пацану было меньше восемнадцати, впрочем, тогда спиртное можно было покупать в любом возрасте, на это всем было пофиг. Я где-то его видел недавно, лицо знакомое, но видел разве что мельком, иначе бы вспомнил.

Он казался самым приличным из этой компании, потому что нормально одет и трезвый, да у него даже приводов в милицию не было. И что он среди них забыл? Возможно, легко отделается.