Третье пророчество

– В них Фатимская Дева говорит об особом месте, которое в ее сердце занимает Россия. Кто знает, дошли ли до публики первые два секрета в таком уж неизменном виде? И что еще говорила или имела в виду Фатимская Дева? Но очень похоже на то, что она не просто предупреждала о тех или иных событиях мирового масштаба. Она давала знать Святому Престолу, что он должен вмешаться в ситуацию, что-то предпринять для спасения России. Но Ватикан предпочел бездействие и сокрытие информации. И вот после этого становится известным третий секрет, только после этого. И в нем рисуются картины самые мрачные в том, что касается судеб Ватикана... Разумеется, это только одна из многих версий.

– То есть вы думаете, что это было послание именно Святому Престолу? – с интересом уточнил Густавссон.

– Господи, ну и вопросы мне задаете, – хмыкнул Потоцкий. – Что мы, банкиры, можем знать о таких материях?

– Ну да, банкиры, – эхом повторил швед с усталой иронией.

– Кстати, о конфессиях, – не удержался Потоцкий, чтобы не вспомнить еще об одной странности. – Никогда не обращали внимания на то, что за место выбрала Святая Дева для своего чудесного появления? Европейский город с мусульманским именем Фатима. Когда Португалия подверглась арабскому нашествию, арабские имена были даны всем городам в этой стране, а когда туда потом пришли христиане, все имена были изменены на христианские. Все, кроме одного места – города Фатимы.

21

Это место совсем было не похоже на тюрьму. Окна ее просторной комнаты выходили прямо на море, оно было почти рядом с домом, только чуть пониже, – под домом еще находились небольшие скалы, иначе бы брызги волн попадали прямо в окна. А с другой стороны дом окружали красивейшие горы, какие ей раньше приходилось видеть только на открытках. Она и не думала, что такие горы на самом деле где-то существуют.

К дому подходила сельская дорога, которая почти всегда была совершенно пуста. Только утром по ней приезжал автомобиль, который привозил кухарку – замкнутую молодую девушку, имени которой она ни разу не услышала, – а рано вечером тот же автомобиль увозил ее обратно. Иногда на этом же автомобиле приезжал высокий пожилой джентльмен, который при случае внимательно посматривал в ее сторону, но почти никогда не вступал с ней в разговоры. Он сразу проходил в дом, поднимался в специально отведенный для него кабинет, смотрел там какие-то бумаги и разговаривал с прислугой дома. Хотя вернее этих людей было бы назвать охраной. Вместе с кухаркой он и уезжал в тот же день.

Вместе с ней в этом большом доме постоянно находились еще трое. Один, видимо, старший, которого звали Петером, большую часть времени проводил в том же кабинете.