Промышленникъ

Пока он бился над сложными, как ему казалось, проблемами рулевого управления, по-детски радуясь каждому крохотному достижению, в России этот вопрос уже решили, причем двумя разными способами. Решили мимоходом, не напрягаясь, и это ранило его самолюбие больше всего. А князь Агренев вдобавок оказался настоящим византийцем, хитрым и расчетливым, ибо такой демонстрацией своих достижений он намертво привязал нового директора к фабрике. Кстати, о демонстрациях!..

– Дорогой Борис, скажите, а почему вы до сих пор не наладили выпуск этой?.. Насколько я помню, вы называли ее «Невой»? Да и все остальное, что я увидел, просто вне всей и всяческой конкуренции!

– Ну, что касается мотоколяски, то к ее выделке довольно скоро приступят на заводе господина Яковлева – сразу, как только там закончится очередное расширение территории и станочного парка. Мотоциклы уже выпускаются, правда, небольшими партиями, а все остальное еще слишком несовершенно, чтобы говорить о каком-либо производстве. Особенно на продажу – качество и надежность превыше всего!

– Несовершенны? Простите, я правильно вас понял?!.. Ваш автомобиль, это… да я в самых смелых мечтах не мог представить и половины того, что вы УЖЕ сделали!

Луцкой пусть и с трудом, но подавил довольную улыбку, ответив далеко еще не старому учителю с приличествующей такому моменту серьезностью:

– Что вы, герр Бенц, вы слишком лестного обо мне мнения. Все образцы еще очень несовершенны – частые поломки, постоянные изменения в конструкциях и материалах, к изготовлению кое-каких узлов вообще приступим только на днях. Так что при самом благоприятном стечении обстоятельств первый серийный автомобиль увидит свет года через полтора-два. И то, честно говоря, в этом есть некоторые сомнения…

– …совершенно оправданные. – В разговор вступил новый участник, умудрившийся подойти со спины незаметно, и это на открытом всем ветрам месте, между прочим.

– Позвольте вам представить Григория Дмитрича Долгина, главного фабричного инспектора нашей компании.

– Мы уже знакомы, Борис Григорьевич.

– О! Тем лучше. Гм. Если это возможно, не поясните ли ваши слова касательно оправданности моих сомнений?..

Один из директоров русской компании с действующим германским подданством тоже был бы очень даже не прочь услышать причины, по которым почти готовый шедевр машиностроения и электротехники хоронят в цеху опытного производства. Вместо того чтобы начать производство, всемирно прославиться, да еще и получить колоссальную прибыль!

– Отчего же нет? Александр Яковлевич считает, что, пока не будет структуры обслуживания и ремонта вашего детища, говорить о серийном выпуске преждевременно.