Мое проклятие

Сильное тело содрогнулось под моими пальцами. Эта дрожь передалась мне, объединяя нас, спаивая воедино. Из запекшегося горла его-моего-нашего вырвался хрип-крик-стон, и мы взлетели, чтобы рухнуть вниз, едва дыша.

Ошеломленные. Словно пережившие клиническую смерть. Почти шагнувшие за грань. И все-таки выжившие, несмотря ни на что.

* * *Лишь посвященным открывались тайные тропы к сказочному белоснежному храму, что прятался в самой глубине гор, окружающих его со всех сторон как стенки гигантской чаши. Огромный, залитый солнечными лучами и весь устремленный ввысь, он был величественен и прекрасен.

Беломраморные колонны, расписанные сияющими красками, завершались под сводами огромными лиственными капителями, напоминавшими короны. Блестящая поверхность пола из отполированного малахита и зеркальная гладь цветной майолики на стенах отражали снопы света, лившегося из окон. Роскошь украшений, отделки из золота и драгоценных камней завораживала, поражала воображение.

Но я, почти не обращая внимания на окружающее великолепие, стремилась вперед. Туда, где виднелась покрытая причудливой каменной резьбой высокая древняя арка перехода, ведущего через Мост Слез к сердцу храма — святилищу, сотворенному из гигантского кристалла горного хрусталя, оправленного в чистое серебро.

Быстро вошла в небольшой зал, внимательно изучая взирающие на меня со стен тонкие женские лики. Одни выглядели безмятежными. Другие — сосредоточенными или полными усталости. Но напряженных сегодня было намного больше. Значит, Великая изволит гневаться. Почти бегом преодолела оставшиеся метры и рухнула у ног главной святыни, с трепетом поднимая глаза.

Драгоценная капля, вплавленная в алебастровую кожу лба, загорелась ярким пульсирующим светом. Распахнулись пленительные, нечеловечески прекрасные очи, заглядывая мне в душу, приоткрылись нежные лепестки бледных губ, и глубокий, мелодичный голос начал декламировать нараспев что-то непонятное.

Откуда-то пришло осознание, что для меня очень важно, просто жизненно необходимо уловить смысл произносимых ритмичных фраз. И я потянулась к обескровленному лицу, к чарующим глазам, к чувственным губам. Ловя каждый звук, воспринимая его самой своей сутью. Казалось, еще немного, чуть-чуть — последний удар сердца, короткий выдох — и все станет совершенно ясно.

Но нет. Как ни напрягалась, ничего кроме отдельных даже не слов — рифм разобрать так и не смогла. «Прощаю… обещаю… прокляну… верну…» И как вспышка, как удар грома: «Берегись»!

Резко открыла веки, ошеломленно ловя воздух ртом, с трудом освобождаясь от навязчивого видения, которое все никак не хотело выпускать из своего плена.

Что это было?

Лишь через несколько минут осознала, что лежу на кровати в собственной спальне.