Проклятые судьбы (ЛП)

— Хотя это ничего не меняет, — медленно произнесла я, хотя эти слова разорвали ту маленькую часть меня, которая так упорно боролась за выживание Дариуса Акрукса. — Я сделала свой выбор. У нас не будет другого шанса.

Дариус пристально смотрел на меня, продолжая наклоняться вперед, прижимая предплечье к дереву над моей головой, его вторая рука скользила по моей груди, поглаживая шею, пока он не прижался к моей щеке. Он обхватил мой подбородок кончиками пальцев и запустил их в мои волосы, отчего по коже побежали мурашки.

Его магия переместилась на поверхность его кожи, и ее глубокий жар взвыл к моей собственной силе, как будто они были одним целым, которым суждено быть вместе всегда. Мои стены рухнули, и его магия проникла под мою плоть, наполняя и сжигая наилучшим из возможных способов.

Тихий стон вырвался у меня, а его темные глаза вспыхнули, когда он держал меня в плену своего пристального взгляда. Быть так близко к нему причиняет сладчайшую боль и заставляет мое разбитое сердце кровоточить.

Мы стояли так близко друг к другу, что я чувствовала жар его тела, прижимающегося к моему. Мои руки, казалось, двигались сами по себе, когда я потянулась к нему, мои ладони скользнули вверх по его твердой груди, прежде чем упереться в его грудные мышцы, как будто я намеревалась оттолкнуть его. Но я этого не сделала. Я просто прикоснулась к нему, когда его магия омыла меня, ослепляя, опьяняя, клеймя изнутри мою душу как его.

Мой взгляд все еще был прикован к его глазам. Наши лбы до сих пор прижаты друг к другу, а его губы так близко к моим, что я почти чувствовала их движения, когда он говорил.

— Я люблю тебя, Рокси, — сказал он грубым, мрачным голосом, в котором не было места лжи и фальши, не было места жестоким уловкам. Только правда. Я чувствовала это так остро, как ощущала прилив его магии под своей кожей.

Слеза скатилась с моего глаза, оставляя жгучий след на щеке, когда она пробежалась по моей коже, падая между нами.

Сколько раз мне было больно слышать, как кто-то говорит мне это? Сколько раз я задавалась вопросом, может ли кто-нибудь вообще любить меня так? Возможно, я отказывала себе в этом больше раз, чем могла сосчитать, но я жаждала этого долгое время. Нуждаясь в этом больше, чем когда-либо хотела признать, больше, чем когда-либо нуждалась в чем-либо. И не просто от кого-то. Мне хотелось именно от него.

— И я знаю, что это ничего не меняет. Что это ничего не может изменить, — прорычал он. — Но я собираюсь доказать тебе это. Я собираюсь сделать все, что в моих силах, заглаживая вину перед тобой, даже всю оставшуюся жизнь, если потребуется. Я никогда не прощу себя за то, что навлек на нас это проклятие. И я никогда не перестану любить тебя.

Я не знаю, что на это ответить, и не знаю, как принять, что с этим делать.