Проклятые судьбы (ЛП)

Крови было так много, что я на секунду испугался, что отец не остановится. Но теперь могу не волноваться, что отец убьёт меня, когда правда о моем Ордена известна всему миру. По крайней мере, в ближайшее время. Тори Вега дала мне защиту, в которой я нуждался. И не только это, она также спасла меня от дальнейших сеансов с Грейвбоуном. Его фокусы с разумом заставили меня усомниться в собственной голове, но со вчерашнего вечера я снова почувствовал себя самим собой.

Я никогда не выбирал Драконов под гипнозом, но он был пугающе близок к тому, чтобы убедить меня. Намного ближе, чем мне хотелось бы признать. Я надеялся, что этот мудак скоро совершит долгую прогулку с короткого пирса и упадет в огненную яму с лавой.

Через час должна была прибыть пресса вместе с другими членами Совета и Наследниками, чтобы отпраздновать мое Появление. Это было смешно. На самом деле, после того, как моя мать исцелила меня от нападения отца прошлой ночью, я смеялся до упаду. Потому что теперь он был вынужден выпустить меня на публику. Он собирался отправить меня в школу. В Зодиак. Это был только вопрос времени, когда я проснусь летом и буду готов начать свое обучение в сентябре. Я бы съехал из этого дома, из этого ада.

Мой желудок внезапно скрутило, и я ударил кулаком по кнопке аварийной остановки, беговая дорожка замедлилась и остановилась подо мной.

Я тяжело вздохнул, мои мысли сосредоточились на маме. Она оставалась со мной до поздней ночи, извиняясь за все. Мне было все равно, что я был почти взрослым мужчиной, я свернулся калачиком в ее объятиях и упивался ощущением, что она окружает меня, пытаясь восполнить каждое потерянное объятие, которое мы упустили. Но потом она ушла. И теперь мы должны были вести себя так, как будто она не была исцелена. Потому что именно такой она и была. Мой отец был болезнью, которая разъедала умы и сердца других людей. Его жажда власти развратила его давным-давно, а его потребность в контроле означала, что он боролся за то, чтобы превратить нас в идеальных, безмозглых маленьких марионеток, какими мы должны были быть. Если бы люди действительно знали, каким он был, если бы они знали, что он сделал…

Я проглотил ком в горле и сошёл с беговой дорожки, переводя дыхание. Покинуть этот дом и поступить в Академию Зодиак было тем, на что я надеялся всю свою жизнь. Но тогда я думал, что мать такая же бессердечная, как и отец. А теперь… как я мог оставить ее здесь с чистой совестью?

Ответ был прост: я не могу.

Так что мне нужен был план, какой-то способ вытащить ее из этой жизни, прежде чем меня увезут в школу в сентябре, а ее оставят в одиночестве в Поместье Акруксов.

Я вышел из спортзала, вскоре принял душ и направился обратно в свою комнату.