Сердце Проклятого

Причем о твоем убежище в идеале никто не должен знать, в твоем холодильнике обязан храниться запас продуктов на несколько месяцев, ты не должен никуда выходить, общаться с соседями, звонить по телефону и даже траффик твоего компьютера должен быть таким, чтобы не вызвать интерес у контролирующих Сеть структур. Увы, мало кому удается выполнить все необходимые условия. Если тебя серьезно ищут, то рано или поздно найдут, как бы слаб ни был след. Поэтому задачей Каца и Арин было не спрятаться (тем более, что места для организации «лёжки» у них не было), а успеть обезопасить себя до того, как они услышат окрик: «Стоять! Руки за голову!».

— Теперь — купить пелефон, — сообщил профессор девушке вполголоса, — смотри любую лавку с мобильными трубками! Нам нужно позвонить через двадцать минут.

— Ты думаешь, твой знакомый будет с нами разговаривать?

— Если они найдут его, а они его найдут… Тогда будет.

— И он сможет помочь?

Кац улыбнулся, но как-то невесело, хотя, наверное, пытался изобразить оптимизм.

— Во всяком случае, он точно попытается… разобраться. У нас с тобой есть первоочередная задача — не попасть под удар за оставшиеся двадцать минут. И второстепенная… Ага, а вот и то, что нам нужно!

В небольшом магазинчике они купили дешевую «нокию» и стартовый пакет «Оранжа». Потом зашли в сувенирную лавку и бродили между прилавками до тех пор, пока не настало время звонить.

Рувим Кац набрал по памяти номер, подождал, пока на том конце сняли трубку, и снова изобразил голос старого араба.

— Я звонил вам по поводу Арин бин Тарик, — проскрипел он. — Вы нашли Ави Дихтера?

Человек из «Шабак» явно ждал его звонка.

— Подождите на линии…

На мгновение в динамике «нокии» воцарилась полная тишина, профессор даже подумал, что трубка выключилась, но спустя секунду он услышал знакомый голос:

— Дихтер слушает! Это ты, Египтянин? Вот уж не думал, что когда-нибудь ты будешь искать меня таким способом!

— Прости, Ави, — сказал Кац своим обычным голосом. — Рад тебя слышать, старина! Веришь? Ну, не было у меня возможности дозваниваться к тебе через секретаря. Минутка найдется?

— Я так понял, что у тебя проблемы?

— Не просто проблемы. Большие проблемы.

— Ну, что ж… Встретимся — обсудим? Ты где?

Прокула догнала Мириам у самого выхода.

Мириам остановилась, обернулась на окрик. Лицо ее было мокрым от слез, глаза потухшими, почти мертвыми, но на самом дне их плескалась такая боль, что Прокуле захотелось обнять иудейку и заплакать вместе с ней, уткнувшись лицом в ее плечо. Жена прокуратора была незлым человеком и умела сочувствовать чужому горю. Иногда даже больше, чем могла себе позволить по положению.

Прокула остановилась в нескольких шагах от просительницы и сделала знак сопровождавшей страже отойти в сторону.