Проклятие ульфхеднара

Дали только умыться да поесть плохо сваренной каши перед тем как снова предстать пред очами конунга и его надменной жены. Вспомнив о Мёрд, Асвейг подумала даже, что та к старости, верно, станет точь-в-точь похожа на Сиглауг. Если доживёт до преклонных лет, пребывая в таком-то истощении.

Злые уже донельзя мужчины, тоже нынче освобождённые от пут, будто Фьётре внезапно всех их стало жаль, нагнали их, ещё не выйдя из лагеря. Скоро шум его стал тише за спиной, а гомон места сбора ещё не настиг. Ингольв, несмотря на возмущение тех, кто за ним приглядывал, пошёл рядом с Асвейг.

— Зачем тебя уводила Мёрд? — спросил резко, будто решил, что она задумала недоброе.

— Мне нужно было поговорить с ней. И с Хаконом, — Асвейг мгновенно разозлилась от его грубого тона.

— О чём тебе с ней разговаривать? — викинг нахмурился ещё сильнее. — После всего…

Она не стала ничего растолковывать. Лучше, если он ни о чём пока не будет знать, иначе непременно начнёт отговаривать и предостерегать там, где это совсем не нужно. Скоро толпа снова окружила со всех сторон, вонзились десятки настороженных и любопытствующих взглядов. Но люди расступались, пропуская вперёд, предчувствуя, что решение судьбы Ингольва Радвальдссона и его спутников будет сегодня самым важным делом для конунга, которое не пустит вперёд себя никакую другую тяжбу. Однако всё же пришлось ждать тех, кто пришёл за советом или решением правителя раньше.

Фьётра нетерпеливо переступала с ноги на ногу, уже, похоже, чувствуя, что вчерашнее появление в лагере Мёрд ничем хорошим для неё не обернётся. Молчали её подручные и родичи убитого мужа. То и дело их колючие взгляды обращались к Асвейг, которая пыталась хранить спокойствие. Она щурилась на солнце, что сегодня светило так ярко и одаривало теплом всех вокруг, золотило плоские стены фьордов и уже начинающие желтеть верхушки деревьев. Она не сводила взгляда со спокойного и сосредоточенного лица Хакона, которого видела в просвете между людскими спинами. Лишь бы не передумал, лишь бы не решил посмеяться над ней и её чаяниями.

Ингольв всё выискивал в толпе кого-то. Верно, ждал, что в любой миг сюда могу прибыть Лейви с Гагаром. Несмотря на скверный нрав бывшего трелля, он всё же доверил ему важное дело. Но теперь, похоже, переживал, что тот мог не оправдать надежд. А красноречие скальда сейчас тоже пригодилось бы.

Наконец разбор тяжбы, в которую Асвейг даже не стала вникать, закончился. Не все остались довольны решением Хакона, но в таких случаях невозможно угодить каждому — всегда найдется обиженный.

Фьетра снова выступила вперёд, своим появлением напоминая конунгу, что и её дело не менее важное. Тот кивнул, заметив её. Мёрд, которая снова сидела рядом с ним, склонилась к его плечу и сказала что-то.