Табу на вожделение. Мечта профессора

 — Не будь жадиной! Дай мне его!

— А ты останешься у нас на ночь?

— Нет, конечно!

— Тогда… я сам съем!

— Артем! — грозно нахмурил брови мужчина.

— М-м-м?

— Ведешь себя не по-мужски, дружочек!

Племянник сокрушенно выдохнул. С сожалением покосился на Юлю.

А после вновь протянул ей бургер и небольшую бутылку сока.

— Угощайся!

Благодарно кивнув, девушка приняла еду из рук ребенка.

Но, прежде чем приступила к трапезе, пылко заверила:

— Спасибо! Я обязательно заплачу вам за него!

— И получишь по шее в тот же миг, — усмехнулся Марат.

— За… что?

— Ешь, Попова! Просто ешь.

На сей раз возражать она не стала. Не без удовольствия мужчина наблюдал, бросая мимолетные взгляды в зеркало, с каким аппетитом девушка уминает угощенье. Артем тоже не сводил с нее любопытного взгляда.

— Ой! — промямлила она с набитым ртом. — Марат Евгеньевич, а можно мне зарядить у вас телефон? А то родные будут волноваться…

Не оборачиваясь, он протянул ей руку. Вскоре в его ладони оказался ее мобильник. Простенький. Дешевенький. Но вроде современный.

Притормозив на пару секунд, Каримов подключил устройство к зарядке.

Смартфон «ожил», включился. На экране вдруг появилась фотография.

По центру стояла невысокая темноволосая женщина лет сорока-сорока пяти на вид. С одной стороны, буквально светясь от нежности, ее обнимала Юля. С другой — тот темноволосый паренек, с которым она обжималась первого сентября. Который чуть не подрался из-за нее со своими друзьями.

«Дьявол! Как вспомню, аж передергивает всего!»

Скрипнув зубами, Марат уточнил, кивнув на экран мобильника:

— Мама?

— Да. Моя мамуля.

— И что, ты всех своих… кхм, всех подряд с ней знакомишь?

— В каком смысле? — недоуменно.

— Я про парня твоего. На фото.

Повисла пауза. А потом вдруг салон наполнился звонким девичьим хохотом.

— Вы с ума сошли? Это мой брат!

«Брат… Брат… Брат…»

Что-то больно екнуло в груди от столь простого, банального слова.

Тем не менее, взяв себя в руки, Каримов снова ударил по газам.

— Брат? — переспросил удивленно. — Какой еще брат?

Юля нежно улыбнулась:

— Родной. Единственный. Младший.

— Надо же…

— Как можно принять Костю за моего парня? Мы ведь даже внешне похожи!

«Да уж! Действительно! Я — конченый идиот! Стоп! Костя?»

— Хм! Выходит, это с ним ты беседовала сегодня под дверью моего кабинета?

— Угу! — утвердительно закивала девушка.

А потом:"

"— О! Теперь я поняла, о каких «ухажерах» вы твердили! Позвольте разочаровать: один из них — мой брат, второй — бывший парень, с которым после его… предательства я не желаю иметь ничего общего!

После ее слов на душе стало тревожно.

— Этот хлюпик сделал тебе больно?

— Можно и так сказать.

— А лучше сказать прямо!

— Да. Он систематически изменял мне с моей единственной подругой.