Табу на вожделение. Мечта профессора

В ту же секунду стало ясно: никакой ошибки.

«Каримов собственной персоной! Господи боже!»

— Идем! — Тоня потянула за собой. — А то запалит нас еще!

Но было уже поздно. Будто почувствовав на себе ее затравленный взгляд, Серп резко вскинул голову и посмотрел наверх. Прямо на Юлю. В упор.

* * *Юля шумно выдохнула. Неосознанно. Испуганно. Совершенно забыв, что находится в комнате не одна. Перед глазами пронеслась… нет, не вся жизнь.

Лишь события последнего часа. Лишь время, проведенное в его руках.

«И… на его руках! Вернее, с его руками в моих штанах! Ой, мамочки…»

Сердце пропустило удар. Кувыркнулось в груди и отчаянно забилось где-то в горле. Да так сильно, что даже крохотные воланы на ее блузке затрепыхались от этого запредельного ритма, как при десятибалльном шторме. Ей хотелось испариться, стать невидимой или же просто… отойти от окна. Но она не могла — буквально оцепенела под тяжелым мужским взглядом. Пронзительным. Суровым. Парализующим.

«Скоро!»— ужасаясь и списывая все на галлюцинацию, прочла в его глазах.

По спине прошелся холодок, а на лбу выступила испарина.

Нервная дрожь завладела всем ее телом. Безвольным. Обессиленным.

«Что скоро? Что?»

Тоня без устали плевалась ядом в сторону Каримова. Гневно. Обиженно.

С лютым презрением. Но Юля не различала ни единого ее слова. Для нее все превратилось в единый бесполезный «закадровый» шум. Она продолжала смотреть на преподавателя, пребывая точно в трансе. Не мигая. Не дыша.

В какой-то момент, поддавшись странному импульсу, Попова прикоснулась указательным пальцем к своим губам и медленно очертила им контур рта, невольно вспоминая свои сумасшедшие поцелуи с… ним. С ненавистным Серпом. В тот же миг мужчина предостерегающе прищурился. И плотно стиснул челюсти. В глубине его темных глаз сверкнула сталь. Острая.

«О, господи! Что это я… какого черта я делаю?»

Растерянно уставившись на профессора, она резко отвела руку от своего зардевшегося лица. Марат в свою очередь тряхнул головой, передернул широченными плечами и… отвернулся. Вернее, вновь сосредоточил все свое внимание на коменданте общежития — Марии Егоровне Нефедовой.

— Ты оглохла, что ли? — возмущенно воскликнула Тоня.

Сбросив с себя оцепенение, Попова недоуменно покосилась на соседку.

— А? — откликнулась чуть заторможенно.

Антонина осуждающе покачала головой. А после, вцепившись в нее мертвой хваткой, настойчиво увлекла за собой, недовольно буркнув:

— Идем, говорю!

— Куда? — уточнила Юля, неуклюже переставляя ноги.

— Нет, ну ты интересная! Стол сам себя не накроет!

— Ой! — глупо хихикнув, девушка шлепнула себя по лбу. — Точно!

Следующие минуты прошли в приятных хлопотах. А именно — в активной подготовке к их внезапной мини-вечеринке.