Проект по дружбе

Странно, что такие обычные физиологические процессы могут казаться такими волнующими. Так и хочется протянуть руку к его шее. Он темненький, и кожа у него смуглая, я помню, что на ощупь удивительно теплая, почти горячая.

– Жень, – он улыбается и указывает подбородком на монитор.

Точно. Фильм. Смутившись оттого, что он меня поймал, в сотый раз за день краснею.

Яр протягивает мне пачку сока. Почти бездумно я прикладываю ее к губам.

– Да, без стаканов даже лучше, – задумчиво тянет он.

Когда доедаем, Ярик опускает поднос на пол рядом с кроватью. Какое-то время искоса на меня поглядывает. А я на него. В комнате темно, нас подсвечивает только ноутбук.

И в какой-то момент Шмелев откидывает руку и тихо говорит:

– Иди сюда.

Такая простая фраза кажется сейчас слишком интимной. К тому же произносит он ее чуть севшим голосом. Я медлю, но все же заползаю ему под бок. Боже мой. Он такой горячий, я сейчас умру. Может быть, у него температура? Я прикладываю пальцы к его лбу.

– Что ты делаешь?

– Ничего. Показалось, что ты горишь.

– Я горю, Жень, – шепчет он мне в волосы.

– Перестань.

– Гореть?

– Смущать меня, – я возмущенно ерзаю, пытаясь отодвинуться, хотя совсем этого не хочу.

Яр без усилий подтягивает меня обратно.

– Извини. Больше не буду. Следишь за сюжетом?

– Слежу, – ворчливо отзываюсь я и молюсь, чтобы он ни о чем больше не спросил, потому что я понятия не имею, что там происходит последние минут десять.

Ярик двигает ноутбук ближе к нам и чуть в сторону. Теперь я лежу на боку, он обнимает меня сзади и смотрит поверх моей головы, подперев голову ладонью. Хорошо, что он меня не видит, потому что над финалом я начинаю откровенно рыдать. Сдерживаюсь, глотаю слезы и стараюсь сильно не вздрагивать. Понятия не имела, что кино про супергероев может быть таким эмоциональным. Сколько еще открытий он мне подарит?

– Ну вот и все, – подытоживает Шмелев, перегибается через меня и захлопывает крышку ноутбука. Мы погружаемся во тьму, лишившись единственного источника света.

– Тебе понравилось? – спрашивает он, все еще нависая надо мной.

– Да, очень.

Ярик наклоняется и легко касается губами моего виска. Потом целует в скулу. Я чувствую его дыхание на своей щеке. Очень горячее. Наверное, у него все же температура.

Все внутри меня как будто приходит в движение. Какими-то волнами расходится и воронками скручивается. Да, я влюбилась. Шах и мат, Женя Гольцман. Очнись и заставляй свою королеву биться.

А Яр вдруг резко подается назад и перекатывается на свою половину. Снова обнимает меня и зарывается носом мне в волосы. Шумно вдыхает, от чего полчища мурашек несутся по моей коже.

Скованная его руками, все же уточняю:

– Ты собираешься спать здесь?

Не знаю, что ответил бы мне Ярик, потому что на кровать вдруг вспрыгивает Рекс.