Продана Миллиардеру

Я сдираю ленту. Резко и до конца.

Бэмби визжит. Моей девочке больно.

Ладно, признаю. Я перестарался с этой фиксацией. Скрутил слишком сильно. Мог полегче обмотать. Без фанатизма. Но Бэмби сама виновата. Вырывалась. Подстегивала. Распаляла. Короче, нарывалась как всегда.

– Ты больше никогда меня не тронешь, – шипит она и подскакивает на ноги, отступает назад, лихорадочно оглядывается по сторонам.

Выход ищет.

А я смотрю на ее грудь и пальцы печет. Ладони огнем горят. Так тянет рвануть вперед. Поймать. Сдавить. Сжать. Десна сводит. Челюсти скрипят. Одержимое желание изнутри поднимается. Накрывает. Захлестывает. Затягивает.

Хер дымится. Жаждет разрядиться.

Девчонка мой взгляд чувствует. Застывает на месте. Дышит тяжело и шумно. Грудь ходуном ходит. Соски просвечивают под кружевом.

Такая тьма внутри пробуждается. Ебануться. Схватить бы ее, подмять под себя, выдрать по-настоящему, по первое число всадить.

Но… нет.

Она кайфанет. Улетит. Отрубится.

Только не простит. Такая – не простит. Ни меня, ни себя. Наломаю дров так, что после не разгребу. Дьявол, готов рискнуть.

Я надвигаюсь на девчонку.

Бэмби вскрикивает. Хватает что-то со стола. Запускает в меня. Не реагирую. Уворачиваюсь. Курс не теряю. Вперед. Туда. Взять.

Я сгребаю ее в охапку. Сдираю проклятое кружево. Хочу все разглядеть. Хочу голую кожу чувствовать. Хочу так, что аж ребра в порошок дробятся. Реально слюной исхожу. Задыхаюсь от похоти. Жар нутро распирает.

Девчонка дерется. Кулаками размахивает. Ногами лягается. Удар за ударом отправляет. Но я ни черта не чувствую. Для меня это все как нежность. Ее особенная ласка.

А потом я получаю локтем в глаз.

Искры вылетают. Башка звенит. Гудит.

Я замираю. Пошатываюсь. Выпускаю добычу. На миг ослабляю захват, но этого оказывается достаточно. Мелкая дрянь добавляет следом удар в пах.

Взвываю. Сгибаюсь пополам.

Я трезвею. Выхватываю взглядом хрупкую фигурку. Пока я медлил, она успела метнуться в сторону, прикрыться покрывалом и раздобыть защиту.

Что это? Кочерга? Да, херовина для камина.

Бэмби перепугана. Только глазища на лице и видно.

– Не смей ко мне приближаться, – бормочет девчонка.

– Ладно, – усмехаюсь я. – Давай просто поболтаем.

– Ты сдурел? – спрашивает она и заносит кочергу повыше, примеряется для удара. – Все наши разговоры останутся в прошлом.

– А ты категоричная, – взглядом ее ласкаю, не могу удержаться. – Анжелика Игоревна, неужели совсем без шансов?

– Замолчи, – головой мотает, губы кусает, сама не понимает, как сильно сейчас провоцирует. – Вызови мне такси.

– Не вариант.

– Я хочу домой.

– Я сам тебя отвезу.

– Ну нет, – фыркает и аж дергается вся. – Я никогда с тобой в одну машину не сяду. Стой, где стоишь! Не приближайся.

– Валяй, – киваю, поднимаю руки так, будто сдаюсь. – Признаю, я сорвался.