Продана Миллиардеру

Он овладевает мною, не встречая никакого сопротивления, входит до упора так, будто наши тела созданы друг для друга, идеально сходятся воедино.

Жилистый орган набухает. Пульсирует внутри. Но больше никакого движения нет.

Глеб нанизывает меня на свой до жути горячий член. Насаживает до предела. А потом дает возможность привыкнуть, принять затвердевшую плоть целиком и полностью.

Он целует меня. Жадно скользит языком по моему языку, вылизывает десна, нёбо, высекает всполохи пламени. Прикусывает мою нижнюю губу, слегка оттягивает. Зацеловывает. Увлекает в бушующий водоворот чувств.

Я прогибаюсь в его сильных руках. Полностью доверяюсь ему. Льну плотнее, крепче. Обвиваю мощную шею, запускаю дрожащие пальцы в его коротко стриженные волосы, взъерошиваю пряди. Мне нравится трогать, изучать, чувствовать его. Нравится ему принадлежать.

Новые эмоции накрывают. Оглушают.

– И от чего ты убегала? – отрывисто спрашивает Глеб. – Удирала. Раз за разом обламывала. Все нервы вымотала. Сучка. Вот какого хрена? Скажи. Могли бы сразу так улететь. Разве плохо?

– Хорошо, – сглатываю. – Но раньше бы так не получилось.

Он ничего не отвечает. Кажется, просто не понимает.

Толкается вперед. Осторожно. Едва ощутимо. Но даже от такого слабого рывка меня буквально подбрасывает. Позвоночник обдает пламенем, мышцы мигом сводит.

– Ох, – всхлипываю и закусываю губу.

Руки соскальзывают с затылка Глеба, падают на мускулистые плечи, ногти невольно вонзаются в тело, соскальзывают и оставляют кровавые борозды. Больше себя не контролирую.

– Блять, – хрипло бросает Волков. – Я от тебя дурею. Такая горячая. Тугая. Отзывчивая. Ты как будто точно под мой хер сделана. Здесь тебе и место. Будешь скакать только на моем члене.

– Глеб, – роняю глухо, разумные слова на ум не идут.

– Первый и последний, – чеканит. – Ясно тебе? Другим даже глянуть нельзя. Дышать в твою сторону запрещаю. Без шуток. Загрызу на хрен.

Он впивается в мои губы. Одержимо. Бешено. Двигает бедрами. Толкается вперед гораздо сильнее. Почти покидает лоно, а после врывается внутрь. Скользит ртом по шее, прихватывает кожу зубами, потом вдруг и вовсе прикусывает, заставляя закричать.

– Черт, Лика, прости, – тут же ведет языком по следам от укуса, сминает мои ягодицы, но на член больше не насаживает, резко сбавляет обороты. – Ты слишком вкусная. Охуительная. Только тебя попробую – превращаюсь в дебила.

– Глеб, ты безумный.

– В точку, – оскаливается. – Я без ума. От тебя. Такая маленькая. Наивная. Невинная. А нутро продрала насквозь. Еще и с первого взгляда.

Он покрывает мое лицо шальными поцелуями, опять дотрагивается до укуса на шее, зализывает, будто зверь ласкается.

Несколько коротких толчков. Сперва медленно. Растянуто. А после мощнее. Жестче. Быстрее. Размашисто. С оттяжкой.