Продам киску. Дорого

Только они определяли целесообразность такого шага. Вылазка же без одобрения каралась… смертью.

- Дикари, - не удержалась я.

Прасковея лишь качала головой и гладила дочь по руке.

Но это оказались лишь цветочки, ягодки были впереди.

Еще хуже дело обстояло с украденными девушками, большинство из которых наотрез отказывались принимать мужчин, укравших их. Впрочем, разобравшись со своими чувствами, посмотрев на добычу, и сами представители высших рас не стремились связывать свою судьбу с человечками, хотя и не отказывались совсем. Надеясь получить потомство, девушек просто использовали как наложниц, пока позволял возраст, потом же они становились служанками, как те пожилые дамы, которые накрывали на стол.

- Вот гады! – снова вклинилась я.

Прасковея же снова покачала головой.

- Не скажи, Ритонька, - ответила она. – Воруют же не от счастья, а от безысходности. И девушек несчастными делают, и сами счастья не обретают. Триглав все видит. Кого одаривает, кого наказывает. Дар на то и дар, что подарен от души, от чистого сердца, поэтому и детки с даром лишь от любви великой родятся. А как иначе? Муравушка, а я ведь о твоем даре не ведаю…

Девушка уплетала шаньги, прикрыв глаза от удовольствия, но услышав свое имя, улыбнулась матери и погладила простое колечко у себя на пальце.

- Хороший у меня дар. Полезный, как у бабушки Матрены, - ответила она.

- И то верно, ты же с детства мимо чужой беды не пройдешь. Всех подбитых птиц да зверят лесных в терем перетаскала, - закивала Прасковея. – Значит, целительница ты у нас.

- Да, - Мурава перестала улыбаться. – Дар прекрасный, только порой помочь не могу. Тело излечу, а против недуга души бессильна.

- О чем это ты? – тут же заинтересовалась я.

- Как о чем? О жизни, - пожала плечами Мурава. – Мне с моим Танни повезло. Я только сначала испугалась, когда под землю потащил, а потом рассмотрела и…

Девушка смутилась трогательно и нежно.

- Как, говоришь, зятя-то величают? – спросила дочь Прасковея. – Танни – имя странное, на кошачью кличку похожее.

Мурава посмотрела на мать и произнесла имя избранника с гордостью, словно пыталась его уберечь, защитить.

- Танневин Маджел. Он сын главы совета, и много лет честно ждал возможности отправиться на свет, чтобы отыскать себе девушку. Еще и сразился со светлым, который хотел умыкнуть меня, пока Танни покупал теплую одежду в дорогу.

Мать улыбнулась, поняла, что дочь любит зятя, почувствовала нежность в ее голосе.

- Вот и хорошо, вот и ладно, - быстро согласилась она.

- Да я не о Танни. У нас все гладко, хоть и тоскую по вам, лесу, небу голубому, - призналась девушка. – Меня беспокоит Леда. Ее совсем недавно украли, так она вены вскрыла…

- Триглав, дай разума дочери твоей!.. – прошептала Прасковея.