Проблема полковника Багирова

Я была с ним согласна, но как спровадить Тарика назад к дяде? Это был мой шанс сблизиться с Севером, а он своим появлением все портит! Тарик словно почувствовал, что между мной и Мироном тут искрит! Не понимаю, с чего вдруг он решил, что имеет на меня какие-то права?

— Что он тебе сказал? — сузив подозрительно глаза, Тарик делает два шага ко мне.

— Он сказал, лучше бы ты лежал под наблюдением врача и лечился дома, ему не нужны проблемы с твоим дядей, — придумываю на ходу.

— Не будет проблем, — уверенно произносит Тарик.

Мне бы его уверенность…

— Тарик, ты оставишь Юрку одного? Я буду сходить с ума от беспокойства, — загораживая проход, пробую его уговорить вернуться назад. И дело не в том, что я хочу остаться с Мироном наедине, я действительно была спокойнее, зная, что Тарик присмотрит за моим братом. Возможно, подозрения Мирона прочно засели во мне, я боялась, что с Юркой что-нибудь случится.

— Я буду звонить каждый час и узнавать, как чувствует себя твой брат, — он говорит тихо, но у меня по спине холодок проходит от страха, что Мирон может услышать. Приложив палец к губам, шиплю несколько раз: «Тише… Тише!..»

— Мне было спокойнее, когда ты оставался рядом с ним, — негромко. Мне показалось, Север зло скривил губы, когда я вылетела и спросила про брата, поэтому эту тему при нем лишний раз не стоит поднимать.

— Аврора, я не могу повлиять на его выздоровление. Как только появятся новости, мне тут же позвонят, — Тарик был серьезно настроен остаться, и никакие мои уговоры не переубедят его. — Мне нельзя находиться на солнце, — проходит в дом, оттесняя меня в сторону.

Солнце только начало подниматься. Да, жарковато, но Тарик, вообще-то, стоял в тени. Тяжело вздохнув, последовала за ним. Теперь еще присматривай за ним!

Север заваривал кофе на кухне. Он даже не обернулся, когда мы проходили.

Тарик прошелся по всем комнатам, он вел себя как хозяин. Он и был хозяином, но его поведение напрягало. Заметив, что не все спальни убраны, он недовольно потоптался на пороге комнаты Севера, но не решился ее занять.

— Я лягу на диване в гостиной, — не скрывая своего недовольства. Я вчера до поздней ночи приводила в порядок две комнаты, но ему об этом говорить не стала. Мне не понравилось, что он весь день будет тут лежать, лучше пусть скроется в спальне. Я готова ее прямо сейчас привести в порядок.

— Какую спальню ты хочешь занять? Я быстро приберусь, сможешь лечь там.

Никаких слов благодарности, он сухо информирует о выборе комнаты. Тарик из тех мужчин, которые уверены, что все обязанности по дому должна выполнять женщина, и благодарить ее за это не нужно. Она — женщина, значит, обязана. Этому принципу придерживались мужчины в лагере, там мне нужно было выжить, поэтому я неукоснительно выполняла всю работу по дому.