Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

Дверь в погреб приотворилась и внутрь заглянула какая-то женщина.

Стрелять в нее еще нельзя, ибо наблюдатели могут заметить. Не стрелять тоже нельзя, ибо она сейчас увидит тело Агнешки.

— Агнешка… — было единственным точно понятым мною словом из целой тирады, произнесенной этой женщиной весьма громким шепотом, в котором слышались крайняя степень неудовольствия и волнения.

Это голос Евы.

Она все еще стоит на входе, явно не желая заходить внутрь.

Все-таки мать или старшая сестра?

— Мама… — шепнул я, отвернувшись в другую от нее сторону, дабы мой голос было сложнее распознать.

— Агнешка? — тихонько спросила в ответ женщина.

— Мама… — вновь шепнул я.

Ева наконец-то спустилась внутрь.

Ну, конечно, вся логика «сюжета» происходящего требует, чтобы Ева появилась здесь и сейчас. Вот она и появилась…

Я прицелился, а затем выстрелил и…

Промахнулся, ибо Евы в том месте уже не было. Она, заметив наконец тело Агнешки, тут же кинулась к покойнице, издав при этом вскрик.

Я же, не став повторно стрелять, метнулся к двери и закрыл ее, дабы никто не заинтересовался, что это за чертовщина творится в погребе.

И когда Ева осознала факт того, что Агнешки в этом мире больше нет…

— Ришард… — прошипела женщина, повернув ко мне перекошенное от гнева и горя лицо, а затем…

— Я — Кайа. — поправил ее я, глядя в глаза этой женщины, полные слез.

— Кайа? — удивленно переспросила она, делая ударение на второй слог.

— Да, Кайа. Ну или Ведьма, по-вашему. А Ришард… — я кинул взгляд на открытую дверь (которую нужно будет закрыть), ведущую в мою темницу. — Он ушел. Вернее, они… Ришард и Агнешка, я имею в виду. Совсем ушли, навсегда…

— Ты лжешь! Ты не могла этого сотворить, сатанинское отродье! — перейдя на русский, в исступлении крикнула она, глядя при этом на Агнешку и гладя ее по волосам. — Этого не может быть! Господь любит нас и защищает от всяческого зла! Это невозможно… Невозможно!

Выставив вперед руки, она ринулась было на меня, явно желая разорвать в клочья, но…

Выстрел.

Ева рухнула на колени, заливая пол своей кровью, однако через какое-то мгновение я вновь увидел ее полный безумия взор, а сама она уже поползла в мою сторону.

Я сделал шаг назад, а затем еще один.

— А знаешь, мне иной раз кажется, что Он меня, наоборот, ненавидит… — подняв взгляд на потолок, произнес я, добавив. — А в другой раз, что очень даже любит и, не давая погибнуть, показывает, какова для меня будет стоимость «проезда» на самый «верх», к становлению человеком «на последнем этаже». Но, как бы там ни было…

Сделав еще шаг назад, я навел ствол винтовки на ползущую из последних сил женщину.

— …для меня у Него еще имеются кое-какие дела, а вот для тебя…

Я нажал на спусковой крючок, и винтовка мягко пнула меня в плечо.

— … уже нет.