Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

Выяснилось, что Семейка моя является давним поставщиком всего, чего угодно, от тушенки до дальних бомбардировщиков, в Армию, Флот и Авиацию. Более 70 % всего «авиакосмоса» страны, гражданского и военного, прямо или косвенно, принадлежит Семье.

Так что, выходит, я часть Семьи, владеющей одной из самых больших «бизнес Империй» не только в стране, но и, пожалуй, что и в мире.

У меня зачесались ладони. Быть ребенком в богатой Семье — прекрасно! В очень богатой — тоже. Но вот принадлежать к Семье, у которой такая вот «Бизнес-империя» — очень чревато. Особенно, когда и если, она начнет рушится. Из под ее «обломков» выбраться смогут «не только лишь все, мало кто сможет» из тех, кто причастен. И если, сие знаменательное событие произойдет при моей жизни — смогу ли я? И все это усугубляется тем, что мое место в семье сейчас — место приживалки. Такие вот дела.

Что же до Пансиона, в котором я оказался, то это ведомственное учебное заведение, для дочерей, чьи родители, так или иначе связаны с Министерством Войны. Их несколько по стране и они считаются если не лучшими, то одними из, учебными заведениями для девочек. Это касается основных классов и классов для одаренных.

В «особые классы» также набирались дети только из среды военных.

Попасть в любой из классов для тех, чьи родители не состояли на военной службе — было великим блатом, рассчитывать на который могли единицы.

Меня похлопали по плечу. Яна.

— Чего ты там такого интересного нашла, в своем вэме, что «забила» на обед и ужин? — спросила, улыбаясь, она.

Я глянул в окно и правда, ночь уже на дворе.

— «Отбой» сейчас уже будет, ты, конечно, можешь и дальше сидеть, но завтра в 6.15 утреннее построение… Кстати! С остальными уже познакомилась? — спросила она.

В комнате уже находились все местные обитательницы.

— Нет, — ответил я и, почесав затылок, добавил, — что-то я засиделась за ноут… вэмом.

— Вот эта, — она указала рукой на темноволосую пухленькую девчонку, которая лежа на своей кровати и что-то читала в своей книге-планшете, при свете настенного светильника — Оксана, моя ровесница, ей 15, и наша с тобой одноклассница.

Указанная Оксана оторвала взор от чтения и слегка помахала мне рукой.

— Меня Кайей зовут, — представился я.

Та, кивнув, вернулась к чтению."

"— А это, — Яна указала на ближайшую ко мне кровать, на которой сидела болезненного вида девочка и смотрела «в никуда», — Мари.

Мари эта имела «на лице», что называется, все признаки психического расстройства. Совершенно точно «инвалид детства» по «голове». Бабуля моя, из прошлой жизни, про таких говорила, со вздохом: «поздний ребенок».

— Самая старшая из нас, ей 16, и, не смотря на свой видок, — она ухмыльнулась, — ни разу не осталась на второй круг. Учится в 10 классе.