Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

Глава 79

9 января 2020 года, предместье Санкт-Петербурга, на небольшом удалении от крупной частной медицинской клиники, около девяти утра.

Н-да, немножечко не так я себе представлял дуэль. — подумалось мне, когда я проходил мимо типчика, ответственного судя по его форме, за охрану первых лиц государства (люди в такой же форме выставили здесь охранный периметр), а стало быть, поглазеть на дуэль явится некто из этих самых первых лиц.

Мне казалось, исходя из виденныхтамфильмов, что подобные поединки обычно происходят в укромных местах, в присутствии лишь самих дуэлянтов и их секундантов. Ну, возможно, еще и врачей, куда уж без них.

Здесь же сейчас все происходит немного не так.

Войдя на совсем немаленькую по площади ровную площадку, расчищенную от снега и посыпанную песком, находящуюся посреди сосновой рощи, что расположена за зданием известной частной клиники (так, по крайней мере, мне сказали), я ощутил под ногами упругую поверхность. Видимо, некое специальное покрытие. Наверное, эта площадка — обычное место для проведения подобных мероприятий.

Народа на площадке собралось весьма прилично.

— Кто все эти люди? — поинтересовался я у тетушки, кивнув в направлении толпы, откровенно враждебно глядящей в нашу сторону.

Впрочем, вариантов того, кем они могут быть, не слишком много, что и подтвердила тетушка.

— Вениаминовы и их родственники. — немногословно ответила тетка, находящаяся, после феерического окончания Рождественского приема у Генриха Карловича, со мной в ссоре, ибо считает, будто бы Кайа, выставив на всеобщее обозрение бесчувственное и обгаженное тело Блумфельтда, здорово подвела всех Филатовых и ее лично."

"Впрочем, до ее обидок и хотелок мне нет совершенно никакого дела. Как-то вредить мне она не станет, в этом я уверен, а посему, пусть дуется сколько хочет. Ее право.

— А это, стало быть, жена, либо подруга папиного оппонента… — то ли вопросительно, то ли утвердительно произнес я, глядя на исключительно симпатичную молодую женщину, что неотрывно и с дикой ненавистью смотрела на моего приемного отца, который в этот момент снимал с себя пальто, передавая его своему незаконнорожденному брату, здесь и сейчас играющего, по всей видимости, роль его секунданта.

— Не знаю… — слегка растягивая буквы, ответила та, поглядев в ту же сторону, что и я (точно проследить направление моего взгляда ей мешала плотная темная вуаль, скрывающая мое лицо и здоровенный фингал на нем).

Я перевел взгляд на небольшую группку собственных сородичей, коих сейчас здесь было существенно меньше, а из мужчин так и вовсе присутствовали лишь несколько бастардов деда. Это не значит, что Филатовых меньше, нет, но, видимо, существуют некие объективные причины такого скромного нашего здесь представительства.