Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

А разве что-то «интересное» могло произойти, когда я практически 24 часа, 7 дней в неделю, нахожусь под неусыпным надзором Ирины, моей «боевой горничной» и надзирательницы, в одном лице или одной из ее подручных, когда по каким-то причинам она все-таки покидала меня?

В Поместье, в «домик на островке» «папаня» меня возвращать не стал, вместо этого поселил меня туда, куда он с «матушкой» планировал переехать к весне.

Весь тридцать девятый, жилой, этаж, сорокаэтажной корпоративной «высотки», принадлежавшей Семье и в которой же располагались офисы самого разного назначения различных семейных структур, три недели был только в моем распоряжении.

Ну почти только в моем…

Ведь помимо меня тут же обитала моя охрана, в лице Ирины и ее подручных, проживавшие здесь посменно, а также более, чем серьезная общая охрана этого объекта.

«Тетя Аня» — женщина, чуть-чуть за 50, Повар, именно так, с большой буквы и по совместительству глава целого стада персонала, обслуживающего этот «особенный», на который попасть возможно только тем, у кого имеется для этого специальный пропуск, этаж.

Метраж жилого этажа — огромный, а стало быть и уборка, не успев закончиться — начинается вновь. Чистота и порядок поддерживаются безукоризненно.

А неделю назад, сюда же переехали и «родители». Их переезд по всей видимости ускорила очередная беременность «матушки», которая не оставляет попыток стать матерью.

Специально для нее в «родительских» апартаментах установили особую, как в больнице, кровать, в которой она должна будет «окуклиться» аж до того момента, пока не исчезнет угроза выкидыша, либо он у нее не случиться вновь. А специально обученная женщина из «женской» клиники ежедневно приезжает «мониторить» состояние ее и «плода», а также делать тонизирующий массаж.

Я же, за эти недели, находясь практически в полном покое, также прошел в некотором смысле стадию «окукливания» и теперь можно сказать — «вылупился» вновь.

«Химеризация» моей души и этого тела, похоже, что подошла к своему завершению, в результате чего исчезли «мальчик Дима», тридцати восьми лет отроду и «девочка Кайа», четырнадцати лет, которая, несмотря на полное отсутствие собственной памяти регулярно «перехватывала» управление на себя.

Теперь осталось лишь «Я».

«Я», которое по-настоящему стало прежним «Дмитрием Николаевичем», полностью смирившееся со своей женской ипостасью и даже поглядывающее на мальчиков так, как должно поглядывать это самое «я», являясь счастливым обладателем женского тела.

Однако же изменения произошли и с самим телом, чья «химия» совершенно очевидно изменилась под влиянием так называемой «души».