Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

Так на что же рассчитывает Яна, которую, скорее всего, учитывая все ее «приключения», не возьмут даже мести дорожки в Имении Семьи Кайи?

Не настолько же она тупая, чтобы не догадываться, даже учитывая тот факт, что никто из непричастных не знает точно, как именно ведется отбор на эту «должность», о том, что ее шансы быть принятой — ноль целых, хрен десятых?

Или она рассчитывает на то, что я, богатенькая и избалованная девочка, «не мытьем, так катаньем» выклянчу у родителей разрешение на то, чтобы ее приняли…

Или же… от внезапной догадки меня снова «долбануло током»… быть может, она и не рассчитывает на место подле меня, а уже настучала на «дяденькам» из контрразведки или кто там рыщет по Пансиону, в поисках «злодеев» снявших и сливших в Сеть то роковое видео и теперь ее используют для…

— Разденься, — приказным тоном велел ей я, поднимаясь на ноги.

— Раздеться? — повторила она за мной, тоже встав с кровати.

Из-за моего высокого роста, Яне приходилось смотреть на меня «снизу вверх»…

Изобразив на личике Кайи выражение крайнего высокомерия, я скривив губы, произнес:

— Если вместо того, чтобы исполнять мои приказания, ты будешь каждый раз, как попугай, стоять и тупо переспрашивать, то можешь сразу идти и рассказывать свои небылицы, — я взял паузу, пощелкав пальцами, делая вид, что вспоминаю, — короче, можешь идти и рассказывать кому хочешь! Мне такие люди не нужны!

Яна, подойдя к окну, задернула плотные, тяжелые шторы, затем, не спеша, принялась снимать с себя шмотки, пока не осталась в нижнем белье.

Я обошел ее кругом, внимательно рассматривая ее тело, никаких микрофонов на ней не было.

— Я разделась, Госпожа, — спокойно, едва заметно улыбаясь, сказала Яна.

— Нижнее белье тоже долой! — отдал распоряжение я.

Она пошленько так ухмыльнулась, заявив:

— Значит, тогда в ванной мне все-таки не показалось и я вам взаправду не безразлична в «этом» смысле… Но, Госпожа, если… — она глубоко вздохнула, картинно разведя руки, как бы говоря — ну что поделать!

Не дав ей договорить, я отвесил ей, не сильно, впрочем, пощечину, тихо прошипев:

— Чего ты несешь? Ты хочешь стать моим доверенным лицом или моей шлюхой? Если второе, то извини… предпочитаю парней! Чтобы это был последний раз, когда ты, даже наедине со мной! даже в шутку! сказала то, что может, даже самую малость! скомпрометировать меня! Ты меня поняла?

Буквально на мгновение, она безумно злобно зыркнула на меня, затем, взяв себя в руки и улыбнувшись, покорно произнесла:

— Простите, Госпожа, такого более никогда не повторится!

— Почему ты все еще не сделала то, что я велела тебе сделать?

Опомнившись, она быстро сняла бюстгальтер и трусики.

— Лиф дай мне! — сказал я и заполучив его, прощупал на предмет «закладки», вроде бы ничего, все «чисто».