Корабль призраков

– Очень остроумно, молодой человек!

– А нам больше ничего не остается делать, как упражняться в остроумии. Вы не находите?

– Я нахожу вас бестактным паршивцем.

– Ну, вы тоже не в моем вкусе, роднуля, – сказал напоследок Муха, но от адвоката все-таки отвязался.

До десяти вечера все напряженно молчали. Никто не верил в написанное на листке из старого судового журнала, и все-таки, все-таки… Я как приклеенная следила за большими часами (вчера они тоже остановились на двенадцати, и Муха специально подвел их, подтянув гири и качнув маятник). И все время натыкалась еще на чьи-то взгляды. Особенно преуспел в этом Альберт Бенедиктович. Стараясь не отходить от Антона и Фили далеко, он пожирал тусклый циферблат глазами.

Еще никогда стрелки не ползли так медленно.

Муху эта ситуация скорее забавляла:

– Да вы так не переживайте, а то и вправду богу душу отдадите ровно в десять. По причине апоплексического удара…

Адвокат засопел, как стреноженный кабан, но ничего не ответил.

Наконец часы пробили десять. С каждым глухим ударом напряжение нарастало, достигло пика на девятом ударе и сразу же сошло на нет на десятом.

Ничего не произошло.

Альберт Бенедиктович ощупал себя и радостно засмеялся.

– Я-жив-я-жив-я-жив, – запричитал он, а потом исполнил вокруг бильярдного стола некое подобие сарабанды. – Я жив, слава тебе господи… Фу-у, ну и натерпелся! В жизни ничего подобного не испытывал. Приеду – обязательно все это запишу… Теперь-то я точно знаю, что чувствует приговоренный к смерти…

– Вот видите, Альберт Бенедиктович, наше путешествие оказалось полезным, кто будет отрицать, что опасность бодрит и держит организм в постоянном напряжении. Разве кто-нибудь будет это отрицать? Незабываемые впечатления, правда? – снова вылез Вадик. Пожалуй, сторонников у него прибавилось.

– Хорошо, – хмуро сказал губернатор Распопов, только что пасанувший с двумя трефами. – Тогда где все-таки Лаккай? Никто нам так и не объяснил его исчезновение. А между тем прошли почти сутки…

– Да вы, я смотрю, скучаете без него, Николай Иванович, – проницательно заметил вернувшийся к жизни адвокат. – Я думаю, со временем все выяснится.

– Но этот матрос…"

"– Этому матросу нельзя доверять. Ведь нет никаких свидетелей. А все эти байки о сверхъестественных силах оставьте на его совести… Нужно подождать.

– Сколько? – вполне серьезно спросил Распопов.

– Даже в розыск так быстро не объявляют, Николай Иванович… – блеснул Альберт Бенедиктович своими профессиональными знаниями.

– Да, – подтвердил Вадик.