Призраки Орсини

Я думал, что его смерть что-то изменит, станет облегчением, но ростки того, во что он превратил меня, засели гораздо глубже. Я отравлен тем же ядом, и ты тоже. Но у нас нет возможности ввести противоядие. Оно не действует после остановки дыхания. Мы – живые мертвецы, Доминник. Как ни крути.

– Я так не считаю, Орсини, – ожесточенно отрицаю я, – Убийство Лайтвуда не избавило от проблем, но мне стало легче. У меня есть цель, и я знаю, чего хочу от жизни. Я работаю над собой, хотя получается х*ево, и Лекси знает лучше других, чего мне стоит каждый небольшой шаг вперед.

– Я тоже это вижу. Я говорил Марку, что ты стабилен.

– Не всегда, – качаю головой, не соглашаясь с ним, вспоминая, как «успокаивал» Лекси, когда она начала рваться на похороны матери. – Иногда она злит меня своим сопротивлением. В последнее время, я не могу с ней спокойно разговаривать. Бесконечные истерики, которые, сам понимаешь, чем заканчиваются. Я не хочу причинять ей боль. Она меня вынуждает.

– Женщины могут разрушать нас, Доминник, но бывает и по-другому. Каким бы мудаком ты не был, я знаю, что Саша дорога тебе. Я хочу, чтобы ты помнил, что она единственная, кто может выжить рядом с тобой и укротить твоих бесов.

– Ты философствовать сюда пришел? – скептически спрашиваю я. – Или…

– Или, – обрывает меня на полуслове Орсини. Я вскидываю голову, почувствовав, что он стоит совсем близко, и в этот же момент укол в область запястья. Недоумение и шок накрывают меня, когда я вижу торчащую в коже иглу. Ему не нужно объяснять, я понимаю, что это.

Перехватываю его руку, игла выскальзывает, но уже слишком поздно, я чувствую, как кровоток несет по венам отраву. Слишком быстро. Хватка слабнет, и моя рука безвольно опадает, одновременно я перестаю чувствовать пальцы на ногах, немеет лицо. Через минуту все тело обездвижено. Я могу только смотреть и слушать.

– Мы все это заслужили, Доминник. И мне жаль, что это я. – произносит Орсини. Мне даже кажется, что слышу сожаление в его голосе. Сумасшедший сукин сын. Какого хера на него нашло?

Я смотрю в его глаза, пытаясь сложить ребус. Я не верю в случайности. Не смотря на неподвижность тела, мозг работает на полную катушку, собирая, выстраивая ряды случайностей и закономерностей, ища подсказки…

– Ты уже умирал. Придешь за мной, когда настанет мое время?

Он вытаскивает шприц, убирает его в карман, глядя мне в глаза.

Мои пальцы ложатся на его плечо, но не чувствую. Только вижу.

– Прости, Джейс. Может быть, однажды мы сочтемся.

Я все еще проверяю вероятности, когда появляется Лекс. Она бросается ко мне, и в ее фиалковых глазах отражается бездна ужаса. Но разве не этого ты хотела, девочка? Ты сейчас смотришь в глаза своей свободе. Но она не понимает, сопротивляется. Глупая.