Призрак в мундире

Коган мгновенно открыл огонь по скоплению солдат, занятых строительством, по сторожевой будке, по столовой.

– Ах ты… – Шелестов выругался, видя, что вытворяет Сосновский.

А Михаил выпрыгнул на ходу из мотоциклетной люльки, Майснер прибавил газу, направляя машину на пулеметное гнездо, обложенное мешками с песком. Вот оба упали на землю, а мотоцикл на полном ходу ударился в мешки и завалился набок, и в тот же момент в его люльке взорвалась граната, тут же столб огня взлетел вверх, расплескивая по сторонам огненные брызги. Горящий бензин из взорвавшегося бензобака сразу охватил пулеметное гнездо огнем, оттуда с криками выскочили два немца, на которых горела одежда.

– Виктор, боком! – заорал Шелестов, меняя магазин в автомате и поливая длинными очередями всех, кого видел вокруг.

Бронетранспортер развернулся на месте, прикрывая Сосновского и Майснера. Шелестов ударом ноги распахнул заднюю бронированную дверь в кузове. Коган снял с турели пулемет и потащил его в заднюю часть машины. Сосновский толчком забросил Майснера внутрь, бросил свой автомат и прыгнул сам. И тут по броне забили пули, с визгом разлетаясь во все стороны, рикошетя, оставляя вмятины. По разведчикам открыл огонь пулемет. Видимо, стреляли из одного из немецких бронетранспортеров. Буторин развернул машину и повел ее на полной скорости. В последний момент он вильнул и проехал в метре от вражеских машин. Испуганный немецкий пулеметчик спрятался за бронещитком, решив, что русские пошли на таран.

Выдернув шнур из рукояти гранаты, Шелестов поднатужился и выбросил канистру с бензином и с привязанной к ней гранатой наружу. Она ударилась о капот крайнего бронетранспортера и упала на землю. Вторая канистра, которую выбросил Коган, свалилась между вторым и третьим бронетранспортерами. Борис не успел установить на заднюю турель пулемет, как за спиной полыхнули два огненных смерча. Крики были слышны даже сквозь беспорядочную стрельбу. Шелестов поднял голову в немецкой каске и открыл огонь из автомата. Земля горела, горели бронетранспортеры, разбегались немецкие солдаты, объятые пламенем. Огненная стена, стена черной копоти закрывала от немцев удаляющийся бронетранспортер, который устроил за одну минуту огненный ад на хорошо укрепленном посту.

– Ну, вроде прорвались, – устало откинувшись на железный борт машины, Сосновский выдернул пустой магазин из автомата и вставил новый.

– Все целы? – крикнул Буторин, продолжая гнать машину по пустому шоссе.

– Целы, Витя! Порядок! – ответил Коган, снимая каску и вытирая потное лицо. – Только вот кататься нам недолго осталось. С бензином теперь проблема. Минус сорок литров. Теперь только то, что осталось в баках, и еще две канистры.