Призрак со свастикой

В восемь у Шалаева, вывалить ему весь список, что нам нужно, пусть достает. Все должны быть трезвые, полные сил и умения работать головой. Вопросы?

— О, масса, — усмехнулся Окулинич. — Может, все-таки вводную лекцию прочтете, товарищ капитан?

— Ладно, только быстро…"

"Ночью он опять проснулся от того же звука. Такое ощущение, что только уснул. Вскинул руку с часами, уставился на мерцающий циферблат. Действительно, только уснул… Снова неведомое существо переминалось под дверью, не решалось войти. И лунный свет просачивался между шторками, бежал по полу. Покачивалась плотная ткань от свежего воздуха, поступающего через форточку. Потом дверь, тихонько поскрипывая, стала открываться. Верест догадывался, что последует дальше, но все же рука машинально поползла под подушку, нащупала рукоятку пистолета. Тревога оказалась ложной. Фигура в длинной ночной сорочке проникла в спальню, осторожно прикрыла за собой дверь. Создавалось впечатление, что она плывет по воздуху. Женщина с распущенными волосами подошла ближе, села на краешек кровати у него в ногах. Павел окончательно проснулся, следил за ней, затаив дыхание. В доме стояла тишина — фрау Магда давно спала, и товарищи за стенкой угомонились. Она сидела рядом, еле слышно дышала, явно волновалась. Однако пришла, хотя никто и не заставлял.

Заметив, что он не спит, — прошептала по-русски:

— Пауль, это я, Линда… Простите, мне было так плохо… Ужасные мысли лезут в голову…

Его вдруг охватила злоба. Зачем пришла к советскому офицеру — невеста фашиста, сестра фашиста? Страх берет, скучно, одиноко? А каково в СССР десяткам миллионов одиноких баб, оставшимся без кормильцев, без любви, без ласки? Но злость тут же исчезла, в конечном счете все мы люди…

Он подвинулся, освобождая место рядом с собой, откинул одеяло. И «свято место» долго не пустовало, женщина со стоном выдохнула, стащила через голову сорочку, ухитрившись аккуратно повесить ее на спинку, легла рядом, прижалась к нему…

Все произошло как-то быстро, естественно, но непонятно. Он не был любителем скоропалительных интимных процессов, но если женщина настаивает… Она тяжело дышала, обнимала его и даже после того, как все закончилось, не хотела отпускать. Что-то было в этой женщине, и действительно, какая разница, кто она — немка, полька или русская? На профсоюзное собрание не вызовут, на вид не поставят. Свои поржут, да перестанут.

Павел поднялся, подошел к окну, открыл его пошире, пуская в воздух колечки табачного дыма. А когда вернулся и снова лег в кровать, Линда нежно погладила его по груди и прошептала:

— Спите, Пауль, вам завтра рано вставать.